Носиков поставил на стол три тарелки, помедлил и две убрал. Может, следовало для полноты соответствия представить себя Жуковым? Он сел, налил себе вина, и тут позвонили дверь.
Носиков пошел открывать, уже радостный, но за дверью была только Лариса, подруга.
Она прошла к столу, взяла пирожок и, не присаживаясь, выпила вино из стакана.
У нее горе было, котик упал из окна. Этаж был девятый.
– Без лифта? – спросил Носиков.
– С лифтом, – сказала Лариса.
– А Марина, подруга твоя, там же живет? – спросил Носиков. – И что это вы не вместе сегодня?
– Не там.
– А где?
– Не знаю, уехала куда-то.
– Николай тоже не знает, – сказал Носиков.
– Ты его спрашивал? – она удивилась.
– Нет, но он сам ее ищет, – объяснил Носиков.
– Ты с ним осторожнее, – посоветовала Лариса.
– Понимаю, – кивнул Носиков.
– А есть еще такой Никанор Петрович в соседнем доме, – сказала Лариса. – Он может знать. Но он мужик непростой. У него за одну неделю квартиру три раза ограбили.
– А сама ты не хочешь узнать, где она? – поинтересовался Носиков. – Я этого Никанора Петровича не знаю, он меня тоже не знает. Может, мы вместе к нему сходим?
Она замотала головой, не хотела больше разговаривать: у нее было горе, и она хотела, чтобы Носиков ее утешил.
Носиков стал утешать, и сам понемногу утешался. Утешал, утешался, а утром Лариса ушла, оставив адрес непростого Никанора Петровича.
Фамилия Никанора Петровича была Клепиков.
Лучше бы он был Петром или Сидором, подумал Носиков.
Для поддержания беседы люди могут пить различные напитки – вино, водку, пиво. Из безалкогольных – чай или кофе.
Трое сидели и пили вино из широких бокалов: Носиков, человек по фамилии Сегё (Георгий) и Жуков.
Носиков никак не решался сказать Георгию, что его фамилия лежит в списке имен тайных зулусских вождей (правильней было бы сказать «тайных имен зулусских вождей» – и истинным, незашифрованным его именем тогда следовало считать Mono), да и нужно ли было?
Тайные зулусские вожди Носикову встречались неоднократно – негр Шмоку, грузин Тул-шилжихели, японец Сихучиси, неизвестной национальности Чолжил и Зирухи, но все это было в снах, а реально знакомым был только африканский студент Силтулжуни (зашифрованный Мансенгеза), да и то – когда это было. Но, знакомясь со студентом, Носиков не обратил внимания, что его имя содержится в списке. Кстати, ведь именно африканцем был тот студент – возможно, зулусом, теперь же Носиков напрасно вглядывался в лицо сидящего перед ним человека с черными усами и бородой, пытаясь обнаружить в нем специфически негритянские приметы – в форме губ, например, или носа.
Человек, сидящий напротив, – Георгий – тоже смотрел на Носикова внимательно, но пытался ли что-то в нем обнаружить, всматриваясь, было неизвестно.
Фамилия Георгия – Сеге (последняя буква – «ё») – по выяснении оказалась нормальной венгерской фамилией, даже в своем роде известной. В двадцатом веке жил его однофамилец – Габор Сеге, математик, автор книг по математическому анализу. Георгий не подозревал о своих венгерских корнях, пока не увидел книгу Д. Пойа и Г. Сеге «Задачи и теоремы из анализа», написанную этим его однофамильцем (а как знать, может, и дальним родственником) в соавторстве с другим математиком, тоже венгром.
Что же, думал Носиков, может быть, этот Георгий совсем и не тайный зулусский вождь, ведь последняя буква фамилии у него, собственно, не «Е», а «Ё», но запутался, когда тот сообщил, что первоначально его фамилия оканчивалась как раз на «Е», но, узнав о своем венгерском происхождении, он стал произносить сомнительную букву как «Ё». Таким образом, он реально изменил свою фамилию, не меняя ее написания. И к этому, по косвенным признакам начинал догадываться Носиков, могла быть и другая причина помимо той, о которой было сказано.
– Есть вещи, – начал Носиков, когда приступили ко второй бутылке, – которые сами по себе вроде бы незначительны, но время от времени напоминают о себе или открывают собой ряд других себе подобных, и это беспокоит. В детстве я, играя, придумал некий шифр – таблицу для замены одних букв другими.
– То, что мы делаем в детстве, со временем иногда приобретает судьбоносный смысл, – глубокомысленно заметил Георгий.
– Не так давно я применил этот шифр к своей фамилии. – Носиков решил пока не рассказывать об именах мудрых зулусских вождей. – И результат сперва только позабавил меня. Из первых четырех букв – «носи», получилось слово «лето». Совпадение вроде бы малозначащее, но оно оказалось первым в ряду. – Носиков взял в руку бокал и выпил то, что в нем оставалось. – А в общем-то, даже и не первым. История на самом деле длинная, и для вас, – он посмотрел на Георгия, – для вас в ней тоже есть свое место.
– Я догадываюсь, – вздохнул Георгий и подлил вина в опустевший бокал Носикова. – Есть изнанка у выстроившихся в ряд совпадений. Или наоборот – лицевая сторона. – Он снова вздохнул и обратился к Носикову с вопросом. – Слова «заспинник» вы, наверное, не слышали?
