Мы переглянулись — не густо, учитывая, что мы находимся не у себя на родине, где у нас имеется жилье, и где можно как-то перекрутиться, а в чужой среде.
— Кассиром назначается Татьяна, — сказал я. — Других предложений нет? Принято единогласно.
Теперь надо было подумать над тем, как, из каких источников следует пополнять наш вновь образованный «фонд».
Вариантов, учитывая отсутствие у нас с Тенью каких либо документов, немного. Собственно, только один, если не прибегать к совсем уж откровенному криминалу — поискать место, где принимают на работу нелегалов, и что-то платят.
— Завтра придется выходить на работу, — сказала Татьяна.
— Об этом не может быть и речи, — заявил я. — У тебя растяжение связок. Как минимум, неделя покоя. Как минимум.
— Я могу работать левой рукой, — Татьяна невесело усмехнулась. — Надо же как-то деньги зарабатывать…
— Нет, — отрезал я. — Найдется кому работать и без тебя. Вот только надо местечко подыскать. — Я посмотрел на приятеля. — Даже два.
— Я поговорю с Джито, — сказала Татьяна. — И на счет места, где вам можно остановиться, и по поводу работы.
— Какой именно работы, ира? — поинтересовался Тень.
— Точно, что не в банке, и не в британском парламенте, — Татьяна усмехнулась. — Сельхозработы еще только начинаются, на фермах пока мало вакансий. Так что, скорее всего — один из пакгаузов.
— Сколько ты платишь за проживание, Таня? — спросил я.
— Двадцать пять фунтов в неделю… Высчитывают их из зарплаты.
— А как часто выдают заработанное?
— Раз в неделю, по пятницам.
— Для устройства на работу к этому… Джито… нужны документы?
— Он, строго говоря, не работодатель, — задумчиво сказала жена. — Насколько я поняла, понаблюдав за местными обычаями, здесь многие работают без легального разрешения, без «Work Permit».
— Без рабочей визы?
— Да… Кстати… — Татьяна на какое-то время задумалась. — Тут вот еще что…
— Что?
Она посмотрела сначала на меня, потом на нашего знакомого.
— Никому ни слова о том, что с вами стряслось!
— В смысле?
— Не рассказывайте никому, что у вас украли здесь документы и деньги.
— Это почему же, ира? — Тень насупил брови. — Надо, ира, всех реально допросить!..
— Потому! Хочешь, чтобы вас выкинули отсюда?
— Когда они приедут?! Чо это, так подолгу тут работают, что ли?
— Да какая разница, Николай! Ты меня слушаешь?!
— Конечно, ира…
— Ну, так заруби на носу!.. Никому ни слова!
— Почему?
— По качану! — Это уже я вмешался в разговор. — Неужели не понятно?
— Не, ира, не понятно.
— Никому тут не нужны
— Это чревато, — угрюмо заметил я.
Внизу хлопнула дверь; послышались приглушенные голоса.
— Приехали… — сказала Татьяна.
Она вдруг метнулась к шкафу.
— Ты чего? — удивленно спросил я.
— Возьми свой плащ и мою куртку, — торопливо произнесла она. — Давай быстрее.
Мы выскочили на улицу — Татьяна в наброшенной на плечи куртке и я с плащом в руке.
— А! — сказала она, что-то выглядывая в подсвеченной фонарями улице. — Сейчас обратно поедет!..
Не успел я толком понять, что происходит, как от одного из соседних домов, расположенного на другой стороне улицы, отъехал какой-то транспорт.
Нас осветили фары; Татьяна, подняв левую руку, так, что с нее едва не свалилась куртка, выскочила на середину проезжей части. Транспорт — это был микроавтобус — мигнув фарами, остановился шагах в десяти.
— Куда ты? — спросил я. — Что происходит?
— Оставайся пока там, — не оборачиваясь, сказала Татьяна.
Из притершегося к обочине «вэна» выбрался некто… На часах четверть десятого, уже стемнело. В тусклом свете фонарей я смог разглядеть лишь кое-какие подробности — определенно, это был мужчина, на голове у него тюрбан — индус, скорее всего.
Между моей благоверной и этим субъектом завязался довольно оживленный разговор. До меня долетали лишь обрывки слов, вдобавок из магнитолы льется восточная музыка; так что я на этом фоне не мог толком разобрать, о чем это они там беседуют.
Я достал из пачки сигарету, закурил. Несколько раз прозвучало мое имя — определенно, говорили обо мне.
Разговор длился недолго, минут пять, наверное. Индус забрался обратно в «вэн». Проезжая мимо, водитель помигал фарами — показалось, что поприветствовал.
— Так, — сказала Татьяна, пряча что-то за пазуху. — Есть две новости.
— Начинай с плохой, — вздохнув, сказал я.
— А они обе неплохие. — Мы двинулись обратно к дому. — Особенно, с учетом нашего положения.
— Так?
— Новость первая. — Мне показалось, что Татьяна усмехнулась. — Я продала вас только что…
— Продала? — опешил я. — Как это?
— Обоих, — сказала она, — тебя, и Коляна. За сто фунтов продала, по пятьдесят за голову.
Я лишь хмыкнул — а что тут скажешь.
— Джито, правда, дал пока только пятьдесят… Сказал, что при себе больше нет. Будете жить в этом доме, но пока без «рума» — в гостиной.
— Ну и ну… А вторая новость?
Я взял у Татьяны ключ, сам открыл замок входной двери.
