Дверь сильно ударилась о стену, и я на мгновение отвлеклась на звук голоса мисс Мейбл, зовущей меня по имени, и меня захлестнуло облегчение, когда я услышала ее голос, хотя я хотела бы, чтобы она была где угодно, только не здесь.
Я вытянула шею, чтобы не натянуть волосы, и увидела ее со связанными руками, сидящую на крышке унитаза в грязной ванной с плесенью на белом кафеле.
Я заметила перед собой отдельно стоящую белую ванну, и у меня было полсекунды, чтобы сделать вдох, прежде чем Шон швырнул меня в нее спиной. Леденяще холодная вода окатила меня, когда он сначала опустил под воду мою голову, а затем погрузил в нее и ноги, утопив все мое тело, и мои руки взметнулись, чтобы вцепиться в края ванны, пока я пыталась выбраться из нее.
Я в шоке уронила осколок тарелки, а мир, казалось, перевернулся вокруг меня, когда я потеряла в нем свое место, в то время как меня все глубже опускали под воду.
Мои легкие начали гореть, ногти Шона впились в кожу головы, пока он держал меня под водой еще несколько секунд, прежде чем внезапно отпустить.
Я дернулась, мои руки вцепились в бортики ванны, и я села, хватая ртом воздух.
Мейбл что-то кричала, но я не могла сосредоточиться, чтобы расслышать, потому что ее страх только усиливал мой.
— Ты всегда говорила, что любишь воду, сладенькая! — Крикнул Шон, когда я попыталась вылезти из ванны, а затем тыльной стороной ладони он ударил меня по лицу, после чего оторвал мои руки от бортиков ванны, и я снова начала тонуть.
Я погрузилась под холодную воду, и Шон схватил меня за запястья, когда я снова попыталась ухватиться за края ванны. Он дернул меня за них, мой вес повис на моих руках, и колотая рана в моем плече заныла от ослепляющей боли, которая вынудила крик сорваться с моих губ. Шон обмотал мои запястья веревкой так быстро, что я едва успела попытаться вырваться из его тисков, прежде чем он дернул ее так сильно, что останутся синяки, туго завязав ее вокруг кранов у меня за головой.
Мои ноги судорожно дергались, пока я изо всех сил пыталась подтолкнуть себя вверх, чтобы держать голову над водой. Ванна была настолько огромной, что мои пальцы ног едва доставали до противоположного конца. Мне приходилось болезненно вытягиваться, чтобы продолжать дышать.
— Что, блядь, ты… — начала я, но Шон прижал свои руки к моим плечам, прежде чем я успела выдавить еще хоть что-то, кроме испуганного вздоха.
— Посмотрим, насколько ты действительно любишь воду, а? — произнес он с дикой усмешкой, и я вскрикнула от страха, что только разжигало огонь в его синих глазах, полных возбуждения, пока он держал меня в своей власти.
Шон толкнул меня вниз со всей силой своего тела, и я закричала, когда погрузилась в воду, веревка, удерживающая мои запястья, сильно натянулась и вызвала ослепляющую боль в плече, когда я ударилась спиной о дно ванны.
Крики Мейбл о пощаде стихли, так что все что я теперь могла слышать, это эхо ударов моих ног о края ванны, когда я пыталась сопротивляться, и рев моего собственного крика, вырывающегося из моего горла пузырьками вокруг меня.
Мы неистово бежали через заросшее поле, прокладывая путь сквозь высокую траву, а земля резко поднималась под ногами.
Оставалось совсем немного. Еще чуть-чуть, и мы увидим здание, где она находится.
Маверик был впереди нашей группы, сжимая винтовку в одной руке, он бежал так, словно за его спиной горел пожар. Остальные держались за ним, двигаясь как единое целое, стараясь успеть к нашей девушке вовремя.
Я почувствовал присутствие Шона еще до того, как мы добрались до вершины холма, словно его дыхание касалось затылка, пока я бежал так быстро как только мог. Его слова звучали в моих ушах, словно яд проникал под кожу.
Я зарычал, вытесняя его голос из своей головы, отказываясь попадаться в ловушку его слов. Я был здесь ради Роуг, и я, черт возьми, буду достаточно силен, чтобы спасти ее от гнева этого монстра.
Моя ненависть к Шону была ядом в моей крови, и я знал, что единственное противоядие от него — принести ему смерть. Сегодня я увижу, как это произойдет.
Мы перевалили через холм, и внезапно земля под нашими ногами стала уходить вниз, вниз, вниз к большому фермерскому дому, за которым простиралось бесконечное кукурузное поле, а перед нами расстилалась неухоженная лужайка. В окнах старого кирпичного здания мерцал свет, и я всей душой знал, что она там, с ним. Ее кошмаром.
Я хотел окликнуть ее, но сдержался, пока мы приближались к дому, стараясь сохранять тишину, чтобы застать этого ублюдка врасплох. Мы закончим это на наших условиях и вытащим нашу девушку прямо из его рук.
Но, пока я мчался вперед, земля неожиданно исчезла у меня из-под ног, и мое сердце упало куда-то в живот, когда я провалился сквозь фальшивую поверхность ловушки, приготовленной для нас. Я подавил крик, падая вниз, мои руки метнулись в стороны, чтобы хоть за что-то зацепиться, но вокруг не было ничего, за что можно было бы ухватиться.
