Мост висельников полностью

Я схватил ее за волосы, дернул, наклонился над ней и заговорил ей на ухо. — Следи за своим языком, колибри, или я придумаю, чем его занять.

— Почему ты не можешь признать это? — прорычала она, прижимаясь ко мне своей задницей. — Почему ты не можешь признать, что ты сейчас возбужден, потому что ты видел, как я танцевала с Джей-Джеем? Потому что, когда я с ними, ты злишься и ревнуешь, но при этом так чертовски заводишься, Фокс.

— Это ложь, — прорычал я, сильнее прижимая ее к себе, одновременно освобождая свой член. Она резко вдохнула, когда поняла, что сейчас произойдет, и я, не дав ей времени подготовиться, вошел в нее, полностью погружаясь в ее мокрую киску и заставляя нас обоих выругаться одновременно.

Она была такой тугой и горячей, что мои мысли рассеялись, и я превратился в животное, позволяя себе наслаждаться ею, трахая ее жестко и быстро, держа ее в своей власти, и делая это только ради своего удовольствия. Но стоны, которые она издавала, говорили о том, что ей это нравится, что она получает удовольствие от того, как я ее беру, и я вошел в нее еще жестче, так что ее стоны зазвенели вокруг нас в воздухе, когда ее киска сжалась, и я почувствовал, что она уже на грани оргазма.

Я позволил ей это, протянув руку, чтобы потереть ее клитор в такт моим толчкам, и она кончила, содрогаясь подо мной, пока я трахал ее, получая удовольствие, и ждал, когда услышу, как мое имя сорвется с ее губ.

— Маверик Стоун, — пробормотала она, и злобная, неистовая ярость вырвалась из глубин моего существа.

Я начал трахать ее еще жестче, облизав пальцы, прежде чем снова положить их на ее клитор и приблизить ее к новой кульминации. Не прошло и минуты, как она снова кончила для меня, и головка моего члена заныла от желания тоже взорваться, но это произойдет не раньше, чем я закончу с ней.

— Джонни Джеймс Брукс, — простонала она, и я вышел из нее, разворачивая ее и притягивая к себе за волосы.

— Произнеси мое имя, Роуг, — приказал я, когда она посмотрела на меня сквозь дымку желания, но ее глаза сверкали азартом, и я должен был догадаться, что она будет какой угодно, но только не послушной.

— Я произношу имена парней, которые заставили меня кончить сильнее, чем ты, — поддразнила она, и с моих губ сорвалось рычание.

Я поднял ее, перекинул через плечо и отнес на скамейку в задней части катера, усадив ее там, в то время как сам опустился на колени между ее ног и широко раздвинул ее бедра для себя. Я зарылся лицом между ее ног, облизывая и посасывая ее клитор, пока она терлась киской о мой рот. Я ввел в нее три пальца, растягивая ее и делая своей, а она вцепилась пальцами в мои волосы. Она была чертовски сладкой на вкус, и я пожалел, что мы не сделали этого раньше. Мы должны были трахаться годами, мы должны были быть первыми друг у друга, и я презирал тот факт, что никогда не смогу получить этого от нее. Но сейчас этот факт только подстегивал меня, потому что у меня было много времени, чтобы наверстать упущенное, и я обязательно заклеймлю ее таким наслаждением, что она забудет обо всех, с кем она была, до того, как «Арлекины» вернули ее себе.

Кроме того, может, я и не был у нее первым, но я был последним мужчиной, присоединившимся к группе, что делало меня последним с кем у нее будет «первый раз». И это была маленькая корона, которую я был более чем счастлив возложить себе на голову.

Я потирал ее точку g идеальными круговыми движениями, загибая пальцы внутрь и проводя языком по ее клитору быстрыми движениями, которые заставили ее снова кончить через считанные секунды.

— Чейз Коэн, — простонала она на этот раз, и теперь эта игра уже начала выводить меня из себя. Я посмотрел на нее снизу вверх, мои пальцы все еще были глубоко внутри нее, а рот был влажным от ее желания.

Я медленно вытащил пальцы, заставив ее захныкать, и встал, глядя сверху вниз на девушку, которая была такой бесящей и такой пленительной одновременно.

Я слизал ее вкус со своих пальцев, и ее губы приоткрылись, пока она наблюдала за мной, но затем ее рука потянулась, натягивая платье, чтобы скрыть киску, но если она думала, что я закончил с ней, то ей предстояло узнать, насколько она ошибалась.

Я подхватил ее под бедра, опускаясь на ее место на скамейке и сажая к себе на колени так, чтобы она была ко мне лицом. Я взял ее за запястья, и сжал их одной рукой у основания ее позвоночника, а она уперлась коленями в скамью, прижалась лбом к моему, приподнявшись настолько, чтобы я смог направить свой член к ее входу. Затем она опустила бедра вниз, и я снова оказался в раю: мы оба громко застонали, соединившись, и я полностью овладел ею, насаживая ее на себя, захватывая ее рот своим и покусывая ее язык, пока она целовала меня.