— Это было мне необходимо, — сказала она.
Артур рассеянно похлопал себя по несуществующим карманам в поисках столь же несуществующих сигарет. Он посмотрел на Анну с глуповатой улыбкой. Она сухо улыбнулась и покачала головой.
— У меня тоже нет. Я провела здесь пять недель. Каждый день они пытались меня воспитывать. Я уже стала чувствовать…
У нее перехватило горло. Анна умолкла и стала яростно выщипывать траву.
— Все в порядке, — сказала она спустя несколько минут. — Уже прошло.
— Ты сказала» пытались воспитывать «, — заговорил Артур. — При помощи машин?
Анна покачала головой.
— Нет, конечно. Машины на меня не действуют. И корнаниты этого не могут понять. Судя по всему, мы с тобой — первые настоящие иммунные, которые сюда попали. Корнаниты просто с ума из-за меня сходят. Они считают, что либо должны обратить меня, либо…
Она снова умолкла и с трудом проглотила слюну.
— Обратить… во что? — спросил Артур. — Расскажи мне, пожалуйста, если сможешь. Как это все у них получается? С чего они начинают?
— Здешние машины, — устало начала Анна, — настроены так, чтобы заставить человека поверить, что он способен достичь чего угодно одним лишь усилием воли. А когда ты действительно, по-настоящему в это веришь — получается, что ты и в самом деле на это способен.
Они посмотрели друг на друга.
— Но… — пробормотал Артур и умолк. А на губах его остался невысказанный вопрос:» Как?»
— Не знаю, — ответила Анна. — Видимо, это одна из скрытых способностей человека.
Она помедлила в нерешительности, затем взяла щепотку земли, перемешанной с травинками.
— Гордон однажды объяснял мне. Не могу сказать, что я все поняла, но то, что поняла, могу рассказать тебе. Вот все, что мы знаем о себе и о вселенной. — Она показала Артуру щепотку мусора. — А вот, — она повела вокруг рукой, — то остальное, чего мы не знаем. Мы просто слишком мало знаем, чтобы с уверенностью говорить, что знаем все хоть о чем-нибудь. Возможно, есть вещи, которые мы не умеем делать только потому, что никогда и них не слыхали. Или потому, что уверены в их невозможности.
— Но, — сказал Артур, — если человек так запросто может обрести столь колоссальную мощь, то почему ей владеет только эта горстка людей? По законам вероятности, все человечество должно было научиться этому уже миллионы лет назад.
— Идея нежизнеспособна, — медленно произнесла Анна. — Корнаниты не верят в половое размножение.
Артур воззрился на нее, отвесив челюсть.
— Ты хочешь сказать, что…
— То, во что они не верят, здесь НЕ СУЩЕСТВУЕТ. В Белом пятне не рождаются дети… Правда, корнаниты не верят и в смерть, но иногда кто-нибудь чувствует, что устал существовать. Тогда он просто исчезает. Корнаниты говорят, что он перешел в другую плоскость реальности. Но если другие общества перестанут поставлять им людей, корнаниты постепенно исчезнут.
— Я как раз думал, — заметил Артур, — что не видел здесь ни одной женщины. Кроме тебя.
Анна коротко и неприятно рассмеялась.
— Среди них есть женщины. То есть, здесь есть люди, которые прежде были женщинами. Как и люди, которые прежде были мужчинами. Их невозможно отличить друг от друга. Они все абсолютно одинаковые. Как куклы.
Артур смотрел на нее с ужасом.
— Ну что, может, поговорим о чем-нибудь другом? — сухо поинтересовалась Анна.
Артур на мгновение задумался.
— Давай поговорим о том, как отсюда выбраться, — предложил он. — Это будет лучше всего. Нет, подожди-ка. Это, в сущности, одно и то же. Меня беспокоит вот какой вопрос — преподаватель в колледже делал на нем особенный акцент, когда рассказывал о теории аналогов. Он говорил, что аналоговая обработка способна заставить человека поверить в нечто, не соответствующее истине, однако она не может уберечь его от последствий такой веры. Я хочу сказать, можно заставить человека поверить, что посредине комнаты ничего нет, хотя там стоит стул. Но он все равно зацепится за стул и упадет! Вот чего я никак не могу понять в корнанитах… Я понимаю, что теорию следует менять в соответствии с наблюдениями, но как…
— Очень просто, — заметил чей-то приятный голос. — Наш основатель верил, что машины способны дать людям Силу. Поэтому они, разумеется, способны это сделать.
Бесполое существо в белом комбинезоне подошло ближе и пристально посмотрело на Анну. Девушка попыталась отвернуться. Артур видел, как напряглись мышцы на ее шее. Но повернуть голову она не смогла.
— Все еще нет, — разочарованно сказал человек. — Pollice verso.
Он… или она?.. а, скорее, оно отошло прочь. Анна тряхнула головой и закрыла глаза.
— У нас мало времени, — сказала она. — Сейчас они устроят совещание. А потом — то, что нам только что сказали. Pollice verso. Это значит, что они нас уничтожат.
Вдруг она сморщилась и пробормотала что-то себе под нос.
— В чем дело? — спросил Артур, беря ее за руку.
— Все это время, — прошептала она. — Днем и ночью, без передышки. Они говорили и говорили мне… Нет, ты не поймешь.
Анна поймала его взгляд, и Артур вздрогнул — такая боль читалась в ее глазах.
