Она стояла на краю крыши. Мысли в голове были предельно ясны. Именно сейчас реальность предстала перед ней во всей ее неприглядной красе. Она осознала, кто она есть на самом деле, она поняла, что она психически нездорова. А может быть, это все действие испортивших ей жизнь наркотиков. Она не знала, но это уже было и не важно. Фрагменты ее жизни постепенно сложились из разрозненных кусочков, в один целый единственный пазл. Она поняла, что больна на короткий промежуток времени, пока нещадная болезнь опять не взяла в тиски ее рассудок. Ее жизнь была сплошным фарсом. Никогда она не была настоящей, девушка всегда пыталась убежать от, от гложущего ее изнутри страха и неполноценности. Даже тогда когда она была Ингой, она пыталась забыться, все больше и больше погрязая в череде бессмысленных, не приносящих по – настоящему удовлетворения романов. Это было неправильно, она корила себя. Подсознательно она нашла способ измениться, память напрочь отказалась воспроизводить неприглядные для нее моменты прошлого. А может это уже болезнь подбирала к ней свои беспощадные щупальца. Она никогда не могла быть той, кем ей хотелось. Она никогда не могла жить так, как ей хотелось. Она никогда не могла делать то, что ей хотелось. Она поняла, как была несчастлива и сколько зла она принесла окружающим. Ее подсознание пыталось найти оправдание ее поступкам, создав образ Риты. От осознания этой горькой для нее правды, девушку пронзила острая режущая боль, которая, казалась, не давала даже вдохнуть глоток воздуха, а потом к ней пришло одним махом осознание – с этим нужно покончить. Нужно покончить с ее жалким существованием. И от этого решения вдруг стало так легко и свободно. Она освободилась. Хоть раз в жизни она поступит честно, без лишней фальши, бесконечных игр и смен масок. Она покончит с собой. Очень легко и естественно, ни о чем не сожалея, никого не виня, не виня себя. В ее сознании, словно настал момент просветления. Ей было хорошо и тепло. Ну, конечно же, она этим поступком все исправит. Вся ее многогранная натура, все ее личности воссоеденились в одну. Ее подсознание, устав от самообмана, одиночества и боли, просто придумало новые образы. Это был всего лишь способ самозащиты, который сделал из нее монстра.
- Все, все уже в прошлом! Теперь я свободна! – прошептала девушка и сделала еще один шаг к краю.
Мелькают вспышки - образы:
Она уныло сидит за письменным столом, светлые перетянутые в тугой узел волосы, очки, мешковатая одежда серых оттенков.
Немного поодаль разговаривают две ее коллеги, думая, что она их не слышит.
- А не рано ли мы собираемся домой? У нас же еще остались незаконченные отчеты, кто их будет делать?
- Давай попросим коллегу, она не откажет. Она никогда не отказывает. На ней можно ездить и ездить, – подмигнула заговорщицки одна из них.
…Камилла сидит за семейным ужином. С одной стороны сидит ее любящий и надежный муж Виктор. Муж, который стал последнее время очень ее раздражать. Муж, которого она никогда не любила и не полюбит. С другой стороны сидит ее мать и надоедливым, нудным голосом, как обычно, ее поучает: «Доченька, ( как маленькую девочку называет она ее) почему ты не внесешь разнообразие в ваш рацион? Нельзя же все время есть одно и тоже.
- Да, обязательно внесу, – как всегда, соглашается со всеми ее предложениями Камилла, но мысли ее далеки отсюда.
Она вспоминает, как на днях вечером она осталась до поздней ночи присматривать за дочкой Инессы Вероникой.
- Нас сегодня с Алексом приглашают на деловой ужин. Не могла бы ты присмотреть за Вероникой, – еще звучат в ушах слова Инессы, а перед лазами стоят садящиеся в машину Инесса и Алекс. Такие красивые, такие уверенные и эффектные, так друг другу подходящие. На нее Алекс даже и не посмотрел, лишь провел равнодушным взглядом. Он ее, как обычно, не заметил.
Камилла невольно вздохнула. «Конечно, с таким мужчиной, как Алекс, должны быть именно такие женщины, как Инесса».
- Пойдем уже, – потянула ее за руку маленькая, приятная на ощупь теплая ручка.
- Пойдем, – улыбнулась она девочке, к которой успела очень привязаться. Камилла мечтала, чтобы у нее была такая дочка, как Вероника, но к огромному горю у них с Виктором так и не получилось завести ребенка, что было еще одной причиной ее горя. – Я покажу тебе новую игру. Думаю, тебе понравится,– предложила она и они ушли в комнату.
Вспышка яркого света и перед ее глазами уже всплывает образ другой девушки.
В зеркало на себя смотрит Рита.
Струящиеся темным каскадом волосы, яркий макияж, кроваво – красные губы, взгляд женщины – победительницы. «Сегодня … станет моим», - предвкушает Марго вкус еще одной победы.
- Откуда я знаю, что думает Марго? – удивление Камиллы смешивается с оседающим где – то в душе неприятным холодком смутной догадки.
Образ задумчивой печальной Камиллы, образ уверенной в себе Марго. Неясная догадка.
Девушка в ужасе схватилась за грудь, воздух совершенно не хотел попадать в легкие. У нее – Камиллы и у Марго одно и тоже лицо. Ужас. Вспышки яркого света.
