У персонала одного из "элитных" мотелей Переславля-Залесского протекает насыщенная жизнь. Регулярно к ним прибывают новые гости со своими невероятными историями, в которых волей-неволей приходится участвовать ребятам. А между тем им нужно справляться с проблемами в личной жизни. Всего их пять, и каждый со своими особенностями. Но именно эти особенности помогают им сосуществовать друг с другом долгое время. В оформлении обложки использованы фотографии с pixabay и unsplash по лицензии CC0.
– О, смотри какие! – показывал Дима Яров свои новые часы «Авиатор» своему начальнику, менеджеру мотеля, в котором он работает охранником. – В пятьдесят кусков обошлись!
Он зашел в кабинет несколько секунд назад, мгновенно подбежал к начу, дабы похвастаться недавним приобретением, и облокотился на его рабочий стол.
– Ой, да подумаешь! Пятьдесят жалких тысяч, – ответил Михаил Степанович.
– Ну, да-да. У тебя-то денег побольше крутятся. Но зачем тебе мне завидовать…
– Завидовать?! – возмущенно перебил того начальник.
– Ты ведь мог бы и сам купить часики получше!
– Не могу я.
– Куда ж ты, Миха, деньги деваешь? Постоянно гей-клубы, что ль, посещаешь?
– Что?! От..то?! – заикаясь, произнес в конвульсиях Филатов.
– Да успогойся ты, Михан! Все норм! Че ж ты сразу-то начинаешь? – смеясь, успокаивал Дима.
Он взял из небольшой стеклянной вазочки, стоящей в углу стола, одну леденцовую конфету, аккуратно развернул ее. Фантик бросил в ближний мусорный пакет. А сам леденец протянул менеджеру со словами:
– На, возьми.
Михаил Степанович захотел взять лакомство, но в последний миг охранник резко отвел руку к себе, подбросил конфету вверх и поймал ее ртом. Поднятая до этого рука Филатова ударилась кулаком об стол, сам он переполнился гневом.
– Лучший антистресс – что-нибудь пососать, – отметил Дима, грызя леденец.
– А сам-то!
– А я не из «этих». И все же тебе бы это не помешало сейчас. Иди хотя бы умойся.
Михаил напрягся. Его в очередной раз что-то смутило в словах подопечного.
– Слышь, сам иди, – закричал он, – и желательно через окно!
– Ха, мы на первом…
Филатов не выдержал. Ему срочно захотелось что-нибудь бросить в придурка. Ближе всего были конфеты. Он взял одну и швырнул ее в сторону лица Димы. Тот поймал ее ртом, а потом выплюнул в ладонь, говоря:
– Эх, спасибо, конечно, но мог бы и развернуть сначала!
– Так, может, я хотел, чтоб ты поперхнулся этим чертовым леденцом и сдох уже наконец!?
– Михан, а тебе все-таки пососать не помешает!
Яров вышел из кабинета. Филатов начал успокаивать свой пыл. С одной стороны, он ненавидел Диму, а с другой – именно за это он ему и нравился. Иногда.
Не успев выйти в коридор, Дима увидел идущую ему на встречу горничную Арину Логинову.
– Привет, Дим, – поздоровалась она.
– Привет. А ты по какому поводу?
– Что? А, нет-нет. Я, это, собиралась в кабинет Михаила Степановича – давно у него не вытирала пыль.
– Слушай, Арин, он сейчас начал заниматься рукоделием и попросил, чтобы к нему никто полчасика не заходил.
– А, в смысле…? Хорошо, я поняла.
И здесь Логинова заметила на запястье у собеседника новый, дорого выглядящий аксессуар:
– Новые часы?
– Да. Тем было уже больше полугода, и я решил, что пора поменять.
– Можно взглянуть?
– Конечно, только не здесь и не сейчас – слишком много народу поблизости, терпенья всем все показывать не напасешься. Давай вечером, часов в одиннадцать, в шестом номере.
Девушка кивнула:
– Ладно. – И улыбнулась: – Я приду. Но как же твоя смена?
– Я все улажу. Это не твои проблемы.
В этот момент к ним подошел второй охранник мотеля, Коля Аксенов. Яров незаметно посмотрел на него хитрым взглядом, а после поприветствовал:
– О-о, здарова, Колян! Какими судьбами?
– Привет, Дим. Привет, Аринка. Да тут фильм вышел. Подумал: не идти же одному, нужно с кем-то…
– А, это тот, который про войну с Германией? – захотел уточнить Яров. Коля, чуть приоткрыв рот и сузив губы, кивнул и стал ожидать «рецензию». – Да ну его! Я на него ходил. Вроде бы и красиво, но сценарий не очень. И еще этот Петровский… Фу!
– Не очень? – огорченно переспросил Аксенов.
– Не, про войны я не люблю, – наконец заговорила Арина. – Ты уж извини.
– Да ладно, ничего страшного, – с серьезным видом сказал Коля. – До встречи!
Аксенов развернулся и пошел в сторону кухни.
– Может, мы зря так? – задалась вопросом Логинова, пристально глядя на уходящую от них фигуру коллеги.
Галя Салтыкова, повар мотеля, тем временем вытаскивала из духовки только что приготовленный ею картофель по-деревенски с кусочками свинины. Вид у блюда был потрясающий.
Николай входит на кухню, обращаясь к Галине:
– Так-с, Галь, что у нас на сегодня?
– Картофель по-деревенски со свининой, – ответила та и поднесла форму с приготовленным блюдом в поле зрения охранника. – Вот, посмотри! Пальчики оближешь.
– Мда, и вправду: выглядит очень вкусно. Наложишь немного?
– А что сразу «немного»? Наложу достаточно! Кушай на здоровье!
Галя взяла самую глубокую тарелку из шкафа и высыпала в нее большую порцию еды. От нее исходил красиво развевающийся пар. У Аксенова все больше разыгрывался аппетит. Салтыкова поставила тарелку на стол, пододвинула к столу табуретку и пригласила гостя потрапезничать:
– Садись.
И Коля сел. Он взял вилку, ножик. Порезал мельче мясо. Насадил на вилку кусок свинины и дольку картофеля и враз заложил их в рот. Немного пожевав пищу, он поперхнулся, встал из-за стола и подбежал к графину с водой.
– Что такое? Не вкусно? – испереживалась Галя.
Николай сделал несколько больших глотков воды, проглотив вместе с нею прожеванное, и ответил, кашляя:
