Мотив для побега полностью

«Ты сломала себе жизнь, работая в этой компании, – думала Эйвери. – Ты забыла о Роуз, игнорировала Джека, разрушила семью и, в результате, уничтожила саму себя. Сейчас же все вернулось. Не наступай на те же грабли. Сделай правильный выбор».

– Я скучаю по нашему шоппингу, Джейн. И по твоему боевому духу и агрессивному настрою, который шокировал абсолютно всех. Ты действительно уникальна, но это все, по чему я скучаю. Ответ все также отрицательный, но если ты захочешь пообедать вместе или улучшить мой гардероб детектива, я только за.

– Мне очень жаль слышать это, Эйвери. Хорошо! Бог знает, что если Эйвери приняла решение, то оно окончательное. Предложение остается в силе. Имей в виду, Эйвери. Если когда-нибудь ты захочешь вернуться, добро пожаловать.

– Спасибо, Джейн.

– Нет, Эйвери, спасибо тебе за все эти трудные годы в роли жертвы.

Эйвери повесила трубку.

– Ты только что просто взяла и отклонила предложение самой крупной фирмы Бостона? – спросила Роуз.

– Думаю, да.

– Тебе настолько нравится быть копом?

«Детективом, – подумала Эйвери. – Я – детектив. Это не совсем то, кем она себя представляла, будучи ребенком и даже уже взрослой. В молодости побег из Огайо от родителей был ее единственной целью. Юриспруденция дала ей это и даже больше. Однако, после дела Говарда Рэндалла, ей пришлось переосмыслить многое. Она поняла, что главным являлись отнюдь не деньги или слава, а справедливость. Став детективом, Эйвери занялась ее поисками, пытаясь исправить все в этом мире к лучшему. Она даже получила оружие.

«Что еще может подабиться девчонке?» – шутила она.

– Да, – ответила она. – Думаю, я действительно люблю это.

Роуз почтительно поклонилась.

– Что ж, – добавила она. – Тогда я горжусь тобой, мам. Это требует много мужества. Не уверена, что я смогла бы отклонить подобное предложение.

– Подожди немного, – сказала Эйвери. – Чем больше ты живешь, тем больше узнаешь, и поверь, ты никогда не сможешь себе даже представить, кем станешь в результате.

Все утро и начало дня телефон Эйвери разрывался от поступающих сообщений от О’Мэлли и Коннелли.

«Ты уже разгадала загадку?»

«Ты встретилась с друзьями Венмеер?»

И, в довершение, в утренних газетах появилась еще одна статья об убийстве в гавани и анонимном письме от убийцы. Эйвери пыталась не думать обо всем этом.

«Сегодня у меня выходной и сейчас я с дочерью, – говорила она себе. – Которую итак очень редко вижу».

Все равно, не думать о деле было практически невозможно.

К часу дня Роуз уже загорала на балконе.

– Эй, – позвала она. – Не хочешь перекусить?

Мозг Эйвери запротестовал: «Обед!? Ты не можешь просто сесть обедать. У тебя убийца на свободе. Как долго это будет продолжаться? Время Джеймса Бонда подошло к концу».

– Не думаю, – ответила Эйвери. – Нужно закончить кое-какую работу.

– Работу? Я считала, что четверг и пятница у тебя выходные.

– Технически это и правда начало моих выходных, – сказала она. – Но фактически я работаю в полиции, мы ловим убийц, а они не составляют графики.

– Спокойнее, мам.

Раздался звонок от Рамиреса.

Мечтая вернуться к работе, Эйвери ответила.

– Слушаю, – произнесла она.

– Привет! Знаю, что у тебя выходной, и я не хочу тебя дергать лишний раз, но я разговаривал с двумя лучшими друзьями Венмеер.

– Подожди минутку, – сказала Эйвери. – У тебя ведь тоже выходной.

– Да, это так, – согласился он. – Но ты вдохновляешь меня, Блэк. Ты супер-детектив, который уложил шестерых парней банды, и даже не смог расслабиться в баре после всего этого. Раз уж я планирую быть твоим напарником и даже больше, – добавил он тихим, застенчивым тоном, – то хотелось бы показать тебе, что я в деле. На протяжении всего времени, прямо как ты.

Это затронуло ее. Эйвери не думала, что кто-нибудь мог быть настолько же заинтересован в поимке преступников. Тот факт, что Рамирес хотел все продолжить, несмотря на их вечерний разговор, вызвал у нее слегка странное теплое чувство.

«Может я слишком быстро решила все закончить? – подумала она. – Может это действительно имеет право на жизнь».

– Я впечатлена, – сказала она. – И что же ты обнаружил?