Мотив для убийства полностью

После сканера металлодетектора ее обыскали и направили в гостевую комнату.

– Имя? – спросила круглолицая угрюмая женщина в закрытой будке.

– Эйвери Блэк. Отдел по расследованию убийств. Полицейский департамент Бостона.

– Я не вижу Вас в нашем списке, Блэк. Придется прийти в другой раз.

Проходящий мимо охранник скорчил лицо.

– Нет, нет, – сказал он. – Дай ей пройти. Ты знаешь, кто это? Эйвери Блэк. Она вытащила того старого психа Рэндалла из тюрьмы для убийства. Это самый жесткий случай из всех, которые мне приходилось наблюдать.

– Ты возьмешь это на себя?

– Да. Дай ей пропуск. Я попрошу кого-нибудь спуститься к Рэндаллу. Проверьте, готов ли он к разговору. Простите, мисс Блэк, но если Рэндалл не захочет видеть Вас, мы ничего не сможем поделать.

– Я поняла, – ответила она.

Большой огороженный зал ожидания был окрашен в зеленый цвет. За воротами постоянно звенел звонок и хлопали двери. Несколько столов и стульев были заняты посетителями, ожидающими встречи с близкими. Какая-то мексиканская пара ссорилась, пока их трое детей бегали по территории и доставали всех подряд.

«Что я здесь делаю?» – задавалась вопросом Эйвери.

– Блэк! Это твой день, – крикнул охранник. – Рэндалл сказал, что ждал тебя. Мы не выделим вам комнату, так как он должен оставаться в камере. Как только он открывает рот, тут же попадает в новую проблему. Я провожу тебя вниз и оставлю за камерой. Больше конфиденциальности для вас, так? К тому же, когда-то ты была его адвокатом. У вас нет привелегий по типу адвокат-клиент?

Спуск в подвал – это все, что помнила Эйвери.

Заключенные кричали и гремели в своих камерах.

– Вытащите меня отсюда! Я невиновен!

– Заткнись или попадешь в одиночку! – кричали в ответ охранники.

– Эй, сладенькая. Хочешь интима? – услышала она шепот, проходя мимо камер.

Подвал был темнее, чем остальная часть тюрьмы, со слабым освещением и толстыми черными дверьми, выделяющимися на фоне серого бетона. На каждой такой двери была нумерация. В1… В2… В3. Охранник прошел мимо них и открыл следующие ворота.

– Мы поместили его в комнату для переговоров ради тебя, – сказал он. – Там тебе будет комфортнее. Когда вы договорите, просто крикни.

Немаркированная черная дверь была открыта.

Говард Рэндалл сидел на конце длинного металлического стола в очень узкой комнате. У него была большая голова с сильными залысинами, не считая небольших клочков седых волос по бокам. На морщинистое лицо были надеты толстые очки. Маленькие глаза с волнением смотрели на Эйвери. Он был одет в оранжевый комбинезон. Высохшие руки, пристегнутые наручниками, были сложены на столе. Ноги также были прикованы к ножкам стола, чтобы предотвратить любое возможное движение.

– Пожалуйста, Говард, – сказал охранник. – Видишь, что я делаю для тебя? Они не хотели пропускать ее вниз. Она не оставляла заявку. Но я привел ее. Это должно быть что-то стоит, как думаешь?

Говард улыбнулся ему и благодарно кивнул.

– Конечно, офицер Робертс, – произнес он спокойным, уверенным голосом. – Почему бы нам не обсудить это позже?

Крепкий, заросший охранник улыбнулся.

– Договорились, – ответил он и обратился к Эйвери. – Запомни, просто крикни, когда закончите. Я буду снаружи. Не пырни ее ничем, Говард, – рассмеялся он.

Дверь захлопнулась.

В последний раз Эйвери видела его три года назад, и тогда она надеялась, что поездка даст ей хоть какие-то ответы. Но все, что сделал тогда Говард, это сказал ей о том, как благодарна она должна быть за все, что он ей дал.

Он стал более мягким со времени их последней встречи. Эйвери решила, что это также результат плохого питания и отсутствия упражнений. Но вот его глаза… они светились ярко, словно звезды.

– Как дела, Говард?

– У тебя как, Эйвери?

– Из тебя вышел действительно неплохой психолог. О чем вы беседовали? – спросила она, глядя через плечо. – Какую оплату он ожидает?

– Офицеру Робертсу нравится ласка, – ответил он. – Он ценит людей старше себя. Я его возбуждаю. Позже он попросит интима.

– Я думала, ты асексуален.

Говард пожал плечами.

– Здесь становится одиноко, – объяснил он. – Мы делаем то, что делаем, чтобы выжить, так, Эйвери?

Она напряглась, приготовившись к обороне.

– Что это означает?

Говард вдруг стал более легким и беззаботным. Он попытался открыть руки, откинуться на спинку и расслабиться, но цепи держали его близко к столу.

– Итак, Эйвери, – начал он, – зачем столько охраны? Ты пришла ко мне. Я простой заключенный. Как я могу причинить тебе боль?

– Я слышала, что ты пырнул заключенного, после чего и попал сюда.

– Это другое, – кивнул он в знак понимания. – Мои действия были полностью оправданы, беря во внимание саму ситуацию. Пожалуйста, подойди. Присядь. Посещения настолько редки. Поверь мне, я не кусаюсь, – сказал он с лукавой зловещей улыбкой, обнажившей его мелкие зубы.

Эта немочь, которую Эйвери ощущала рядом с ним, вернулась и ударила в полную силу. Он манипулировал ею, лгал, намеревался разрушить ее жизнь. Зачем она пришла сюда? С чего бы ей ему доверять? Он не в состоянии помочь.

Словно прочитав ее мысли, он произнес:

– Ты ведь пришла по делу?

– По какому делу?