— Ваше присутствие необходимо в допросной…
— Пленника — в камеру до моих дальнейших распоряжений. Содержать в приемлемых условиях. Допрос до моего возвращения не возобновлять.
Швырнув эти приказания, Кайло разворачивается и направляется дальше.
— Позвольте! — в голосе Хакса клокочут ярость и недовольство. — У нас ключ к разгрому Сопротивления! Куда вы направляетесь?
— Генерал! — бросает Кайло через плечо. Он призывает все свое самообладание, чтобы не сорваться. Его голос звучит с предостерегающей угрозой. — Поместите пленника в камеру и дождитесь моего возвращения. Это ясно?
— Как скажете, Верховный лидер, — после некоторого замешательства выдавливает из себя Хакс.
Кайло не оборачивается на пути к своему кораблю. Ему нужно покинуть Превосходство как можно скорей. Он задыхается здесь.
Рей практически не спит в ту ночь.
Сначала она долго сидит у костра, предаваясь размышлениям. Нет, она совсем не жалеет, что сообщила Бену о своём местонахождении. И, хоть воображение пытается рисовать ей зловещие картины того, как к планете прибывает вся мощь флота Первого Ордена, а Бен спускается на поверхность с отрядом штурмовиков, она чувствует необъяснимую безмятежность. Будто нет другого такого человека на всем белом свете, кому она могла бы так безоговорочно верить.
Рей уходит спать далеко за полночь и просыпается перед самым восходом, заслышав шум корабля, пролетающего где-то высоко над ее домом.
С колотящимся сердцем и вспотевшими ладонями она выбегает наружу, захватив с собой посох, в одних штанах и тунике. Она понимает, что корабль, кого бы он ни принес, будет долго кружить над местностью в поисках посадочной площадки. Поблизости есть всего два-три подходящих места.
Рей прислушивается к Силе и чувствует его. Он действительно прилетел один.
Определив направление приземлившегося корабля, она бросается навстречу, размашисто перескакивая с камня на камень.
Шаттл входит в атмосферу и стремительно приближается к поверхности. Кайло вглядывается в утопленную в тумане, будто в молоке, местность. С посадкой выходит заминка, но ему все-таки удается обнаружить подходящее место. Оно немного дальше от указанных Рей локальных координат, но все же лучшее, на что он может рассчитывать среди вспарывающих белесый воздух тут и там каменных возвышений, напоминающих указующие в небо гигантские пальцы.
Кайло снял плащ еще во время полета, но перед выходом из корабля он стягивает и перчатки. Ему хочется ощутить свежий воздух на коже всеми доступными способами.
Он медленно, в нерешительности спускается по трапу и оглядывается. Под его ногами пружинит пестрый, на все лады зеленый мох. Рей не слукавила: туман здесь вездесущий и плотный. Он едва может обозревать поляну, на которую посадил корабль; ее границы, окруженные кольцом редких каменных истуканов, тонут в белой дымке, как в неизвестности.
Кайло делает глубокий вдох, и прохладный влажный воздух щекочет его ноздри ароматами земли и чего-то пряного и душистого — будто смеси запахов дерева и перца.
Ему нравится это место. Взятый в плен, окруженный туманом, как куполом, — Кайло кажется, что наконец-то он остался один в целом мире. Наедине с самим собой. И больше нет ничего: ни боли, ни прошлого, ни будущего, ни обязательств, ни ошибок, ни обманутых надежд. Только он и миг настоящего. Хотя кое-что все-таки есть.
Кое-кто.
Он чувствует ее присутствие прежде, чем Рей выступает из тумана, будто она какой-то призрак или заколдованная дева, обреченная вечность бродить среди этих камней. Или будто она сама только что соткалась из дымки.
Она слишком легко одета, совсем не по погоде, а ее грудь пересекает тонкий ремешок от посоха, виднеющегося за спиной. Рей уверенно ступает ему навстречу. Сам же Кайло вряд ли может сделать хоть шаг: его ноги будто налились свинцовой тяжестью. Но она смело подходит к нему на расстояние вытянутой руки и улыбается, слегка сощурившись.
— Привет, — в ее голосе смешались неуверенность, надежда и радость.
Ему рады. И Кайло наконец-то оживает.
— Привет, — шепчет он севшим от долгого молчания голосом и чувствует, как его губы растягиваются в счастливой улыбке.
— Пошли.
Рей заговорщически манит его, развернувшись и двигаясь обратно в объятия тумана.
Кайло делает шаг, другой — и будто вытаскивает тело из-под бремени своей жизни, оставляя все заботы привязанными к черному шаттлу.
Они спускаются молча, и на это есть причины. Склон достаточно крут, а ноги так и норовят соскользнуть и застрять в зазорах между камнями. Один раз Кайло опрометчиво цепляется за кустарник, чтобы не потерять равновесие, и тут же жалеет об этом: в его ладонь и пальцы вонзаются сразу несколько острых шипов. Но даже это злоключение не омрачает его настроения, так легко ему сейчас дышится.
