В этот момент он и позвонил Хейвелоку, который подсказал следующий шаг. Надо искать исполнителя.
Несмотря на столь ранний час, Брэдфорд позвонил дежурному телефонисту и распорядился срочно разыскать некоего Франклина Карпентера. Через восемь минут дежурный сообщил, что Франклин Карпентер оставил службу в государственном департаменте чуть более трех месяцев тому назад. По номеру телефона, указанному в его личном деле, никто не отвечал. Брэдфорд дал ему имя еще одного человека, который был упомянут в списке американской делегации на том совещании в четверг. Это был дипломат невысокого ранга, и он, вне всякого сомнения, должен был находиться в Нью-Йорке.
Телефонист позвонил в пять пятнадцать утра и сообщил, что атташе на линии.
— Говорит заместитель государственного секретаря Брэдфорд... Первой реакцией полусонного атташе было изумление, смешанное с изрядной долей страха. Брэдфорду пришлось потратить несколько минут, чтобы привести в чувство своего собеседника и вернуть его к событиям более чем четырехмесячной давности.
— Вы теперь припоминаете?
— Более или менее, как мне кажется.
— Не произошло ли к концу недели нечто, показавшееся вам необычным?
— Ничего не приходит на ум, сэр.
— В эти дни, а если точнее, в четверг и пятницу, в заседаниях принимали участие господин посол, представитель госдепа Артур Пирс, вы и человек по фамилии Карпентер, правильно?
— Я бы поменял местами двух последних. Я самая низкая фигура на тотемном столбе.
— Все четверо присутствовали на совещаниях оба дня?
— Ну... наверное... Прошло четыре месяца, каждый день не упомнишь. Список участников вам все скажет.
— Четверг был последним днем года. Может быть, это вам что-то подскажет?
В трубке воцарилось долгое молчание. Когда человек на другом конце линии заговорил, Брэдфорд прикрыл глаза.
— Да, — произнес атташе. — Теперь я точно вспомнил. Меня, возможно, записали как присутствующего, но меня там не было. Начальству приспичило, простите, сэр.
— Ничего, я понимаю. Что же сделал заместитель госсекретаря Пирс?
— Он срочно направил меня в Вашингтон подготовить аналитическую записку по Среднему Востоку. Я потратил на это почти весь уик-энд, а он, к вашему сведению, не использовал справку. До сего дня даже не поинтересовался о ней.
— И последний вопрос, — сдерживая волнение, негромко произнес Брэдфорд. — Что означает ситуация, при которой предложения члена делегации передаются послу не лично, а через вторые руки?
— Это совсем просто. Дипломаты старших рангов всегда стараются учесть возможные инициативы оппонентов и заранее в письменном виде готовят контрпредложения. Если они по какой-либо причине отсутствуют в зале заседаний в тот момент, когда подобные инициативы выдвигаются, соответствующие тексты всегда у посла под рукой.
А это не опасно? Разве не может кто-нибудь посторонний написать нечто от имени официального лица и подложить послу?
— Нет, так не делается. Нельзя просто положить бумаги и исчезнуть. Автор должен находиться в пределах досягаемости. Это правило. Допустим, послу понравилось предложение, он выступил, но получил возражения, против которых у него нет достаточных аргументов. В этом случае вызывается автор записки, чтобы избежать оплошностей.
— Заместитель госсекретаря Пирс сделал несколько таких письменных предложений в четверг и пятницу.
— Для него это вполне естественно. Он половину времени проводит вне зала заседаний. Я бы сказал, он пашет как дьявол в кулуарах, нажимая на все известные ему кнопки, и очень успешно. Это впечатляет. Даже Советы симпатизируют Пирсу.
Еще бы, мистер атташе, не симпатизировать, если они могут парировать все наши контрпредложения, зная их заранее, подумал Брэдфорд.
Вслух же он произнес:
— Я сказал, что это был мой последний вопрос, но не могу ли задать еще один?
— Не смею спорить с вами, сэр.
— Что случилось с Карпентером?
— Хотел бы я знать. Мне ничего о нем неизвестно. Думаю, он просто сломался.
— Что вы имеете в виду?
— Да, вы не знаете. Его жена и дети погибли в автокатастрофе за пару дней до Рождества. Как вам понравится видеть три гроба под рождественской елкой с нетронутыми подарками?
— Весьма сожалею.
— Он проявил настоящее мужество, появившись так скоро на службе. Конечно, мы все считали, что для него лучше находиться среди друзей и знакомых, чем переживать все это в одиночестве.
— Полагаю, мистер Пирс придерживался того же мнения?
— Да, сэр. Как раз он и сумел убедить Карпентера вернуться на работу.
— Понятно.
— Но однажды утром он просто не появился на службе. На следующий день пришла телеграмма с просьбой о немедленной отставке.
— Это выглядит довольно странно, не так ли? Я бы даже сказал — неприлично.
— После того, что ему пришлось пережить, никто не хотел, настаивать на формальностях.
— Заместитель госсекретаря тоже так считал?
— Да, сэр. Собственно, мистер Пирс и высказал идею о том, что Карпентер решил просто исчезнуть. Надеюсь, с ним все в порядке.
«Он мертв, мистер атташе. Исполнитель мертв».
