Такая природная наблюдательность и дает повод некоторым людям называть себя телепатами – людьми, читающими чужие мысли на расстоянии. Но это ложь. Как показали многочисленные наблюдения ученых, многие случаи «телепатии» объясняются внешними проявлениями мыслей в форме неосознанных движений, мимики, реакций. Особенно ярко лжетелепаты проявляют себя на сцене: перципиент (человек, воспринимающий мысли) реагирует либо на незаметные движения индуктора (человека, являющегося источником мысли), либо на реакцию зала. Подтверждение этому можно найти в книге члена-корреспондента РАН по отделению физиологии Леонида Воронина «Физиология высшей нервной деятельности и психология». В качестве примера в ней рассмотрен эстрадный номер «Передача мыслей на расстоянии» известных в свое время артистов Вольфа Мессинга и Михаила Куни: «Он заключался в том, что любой из зрителей мог мысленно, не произнося слов вслух(!), продиктовать артисту задуманное действие, а тот точно его выполнить. Во время сеанса зритель должен был неотступно следовать за человеком, отгадывающим мысль, не снимая своей руки с его предплечья, и по этапам мысленно диктовать действия. Зритель про себя произносил слова «прямо», «вперед», «налево», «нельзя», «стоп», которые вызывали незаметные движения руки. Эти движения чутко улавливали натренированные артисты и, следуя полученным сигналам, выполняли задуманные зрителем, иногда очень сложные действия. В опытах Мессинга и Куни, конечно, никакой передачи мысли на расстоянии не было. Зритель мог диктовать свои задачи на любом языке, и они могли быть выполнены при наличии связи с движением». Этот прием в том или ином виде часто используется и современными «чтецами мыслей». Правда, ученые склонны называть это «чтением мускулов», а не мыслей.
В той же книге описан простой опыт французского химика Мишеля Шевреля, демонстрирующий бессознательное проявление наших мыслей в непроизвольных движениях. Опыт следующий: «Испытуемому предлагается держать рукой шнурок, к концу которого прикрепляется какой-нибудь легкий груз. Получается своего рода маятник. Затем испытуемому предлагается напряженно думать о каком-либо движении, например о вращении маятника по часовой стрелке. Скоро груз, к удивлению самого испытуемого, начинает двигаться в этом же направлении, описывая круг. В чем же тут дело? В том, что, связанный с представлением о каком-нибудь движении, процесс коркового возбуждения заставляет нас автоматически производить соответствующее движение. Это и называется идеомоторным актом. В данном случае испытуемый бессознательно совершает рукой едва заметные глазу вращательные движения, которые и заставляют прийти в такое же движение подвешенный к руке груз. Интенсивность идеомоторного акта, как и следовало ожидать, у каждого человека различна, но сама способность присуща всем без исключения».
Шеврель первым, еще в 1812 году, дал такое объяснение движению маятника: «Есть связь между некоторыми движениями и мыслью, хотя эта мысль не является волей, управляющей мускульными органами». Таким образом, опыт показывает, что когда мы представляем себе какое-то движение, то все происходит точно так же, как когда реально двигаемся, то есть нервные импульсы стартуют к мышцам, однако проявление мысленных движений затормаживается корой головного мозга.
Этот принцип коротко сформулировал еще выдающийся русский физиолог Иван Сеченов: «Мысль есть рефлекс, более или менее заторможенный в своей последней, двигательной части». Торможение не может точно нейтрализовать возбуждение, поэтому представляемые мысленно движения все же проявляются, хотя и слабо. Полностью их исключить сложно даже специально натренированному человеку, а потому это явление действительно может быть положено в основу принципа чтения мыслей. К слову сказать, чтением непроизвольных движений и мимики человека объясняется и кажущаяся способность животных понимать нашу речь, настроение и даже желания.
Но если основа принципа чтения мыслей ясна, то возможно ли создать приборы, «сканирующие» внутренние монологи человека?
