Таится за городом вором. Щекитускло сереют. Тени зайцами.А за горизонтом заговорщики,на зари зов сползаются.Как всегда утра тяж тихопредчувствием зарева сжалосьтолько там и у этихсловно выжгли жутью жалость.Загрохотало оранжево стальюустало тучи танкамино солнце улыбками взорвалодо сини и эти остатки<p>«Над освеженным валом…»</p>Над освеженным валомснова утра уста каменьи взъерошенный гул валитв голубые улицы всплесками.Щеб и шелест, шорох и пискизвились вьются, клубыи эта цветная звучная росписьиюля утро на любо.<p>«Гибкий пронзительный…»</p>Гибкийпронзительныйгудка зов и высьласточкив синь мысль.Жужжащей сиренойиз щелок сотсочно сотнямитрав трепетразбудив цветов.<p>«Шумно и шустро…»</p>Шумно и шустров утропо зеленым тротуарамкузнечикиза прилавком на базаре.На стрекотнях станкахжизньтканивьявь из солнечных лучей.МартобряГод первыйМосква
