Мира продолжала смотреть на короля. Плотину прорвало. Горячие слезы побежали по щекам светловолосой эльфийки. Крупными каплями они падали на безупречный, мраморный белый пол. Девушка взревела, уронив лицо в ладони. Хрупкие плечи сотрясались в рыданиях. С каждым новым криком, Мира сжималась в комочек. Осознание одиночества, несуразности происходящего, боли, обиды, убивало, разрывало на части.
Ладонь Владыки легла на светлую макушку девы и почти неощутимо гладила по волосам. Этот кроткий, отстраненный жест, был самым лучшим сейчас утешением. Девушка подалась вперед, стремясь к этому теплу. Мира уткнулась лбом в колени короля, все еще зарываясь лицом в свои ладони. Такая маленькая, беззащитная, слабая. Король не переставал поглаживать девушку по голове, тихо шепча слова утешения на синдарине.
Мирослава успокаивалась, медленно, с каждым вздохом, плач становился тише, проваливаясь в сон, изредка всхлипывала. Как маленький ребенок, который проснулся от кошмара и уснул в руках родителя, что разогнал ужас ночи, подарив свет и тепло.
— Неужели невозможно ничего сделать… — тихо проговорил Трандуил в пустоту.
Митрандир давно уже покинул столовую, оставив девушку полностью отдаться своему горю.
Комментарий к Карта 3: Туз черви
Дорогие читатели! Поздравляю вас с четырнадцатым февраля! Пусть купидон меньше пьет и не промахивается! Ибо любовь - это одна из самых прекрасных вещей, которая может быть на этой планете, пропащей тьмой!
Не забывайте о комментариях, я всегда открыта для ваших отзывов :)
========== Карта 4: Десятка бубнов ==========
— Митрандир! — Ледяной голос короля заставил старика отвлечься от созерцания восходящего солнца.
— У тебя ко мне вопросы, Трандуил? — Гэндальф сейчас выглядел как никогда старым, морщины из-за оранжевых бликов казались глубже. Оболочка обманчиво завлекала своей немощностью, опытом, такому человеку можно доверить свои секреты и будешь знать, что их никто не узнает из этих потрескавшихся уст.
Трандуил подошел ближе, становясь рядом с волшебником, направив взгляд в сторону крон деревьев, окрашивающихся в золотые цвета восхода, смешиваясь с зелеными листьями. Лес просыпался, тянул свои ветви в сторону солнца и тепла, блестя утренней росой.
— Кто она? — Тихо прошептал король.
— Как она и сказала - обычная девушка. — Пожал плечами Митрандир.
— Нет, ты не понял, похоже, мой вопрос.
— Я понял твой вопрос, Трандуил. Мне не ведомо, почему душу этой девушки поместили в тело эльфийки, одной из уходящего народа Средиземья. И так же сказать не могу о миссии, что привела ее в твой лес. Она не несет зла или добра. Это потерянная душа. Могу сказать лишь одно, за пределами этого места, ей не жить. — Синие глаза потемнели. Гэндальф устало прикрыл веки.
По спине Владыки пробежал холод. Густые брови нахмурились.
«Если эта дева решит уйти, то только в чертоги Мандоса?»
— Леголас прибудет через три недели. — Митрандир улыбнулся и синие глаза блеснули в свете солнца.
Сердце короля пропустило удар, но ни одна мышца на лице не дрогнула. Ороферион был несказанно счастлив, что сын возвращается домой. И эта мысль разлилась по телу приятным родным теплом.
— Это хорошо. Можешь оставаться в моем замке сколько захочешь.
— Благодарю, но мне пора, Фродо ждет, мне нужно возвращаться. — Гэндальф поправил свой плащ.
Неловкая пауза возникла между собеседниками. Но король собрался с мыслями, уголки губ слегка поднялись.
— Тогда, легкой дороги, волшебник. Как понимаю, больше ты не будешь сваливаться на мою голову точно снег в апреле. — Трандуил сложил руки за спиной, а взгляд потеплел.
— Кто знает, Трандуил, кто знает. — Загадочно ответил Митрандир. — А по поводу Мирославы. Решай сам, Трандуил, теперь она под опекой твоей руки. - Попрощавшись, волшебник направился в сторону выхода из дворца.
***
Мира хмурилась и морщила нос во сне. Кто-то будто прожигал ее лицо взглядом. Излишняя внимательность к спящему человеку не то, что бесит, а именно раздражает и нервирует. Поэтому светловолосая эльфийка вынуждена была открыть один глаз и посмотреть на нарушителя ее спокойствия. Чтобы знать в лицо врага, посмевшего потревожить ее.
Ну, да, перед ней стояла Пелерин. Черноволосая эльфийка рассматривала Миру с нескрываемым любопытством, словно выискивая в ее лице что-то. Когда малышка заметила, что Мира прожигает ее недовольным взглядом, всполошилась и поспешила отойти от постели.
— Ангелок мой, какого лешего, ты наблюдаешь за мной, пока я сплю? — Мира потянулась, и села в постели.
Волосы растрепаны, ночная сорочка закаталась до колен. Девушка терла глаза, стараясь совсем разогнать сон, и заодно, прислушалась к ощущениям.
«Похмелья вроде нет. Хорошее вино у Владыки-то».
Пелерин покраснела, а взгляд забегал по комнате.
— Выкладывай давай. Что случилось. — Мирослава сложила руки перед грудью.
Пелерин еще сильнее покраснела.
— Мирослава, ничего не произошло, все хорошо. — Затараторила целительница.
— Ну, нет! Давай выкладывай, а то…
Мира схватила девушку и утащила в кровать, нещадно щекоча бедную эльфийку под ребрами. Девушка отбивалась, хохоча и перекатываясь.
