Очевидно, он не получил развернутого ответа, потому что почти без перерыва продолжал говорить:
— У меня только что была полиция… Они ищут тебя… Нет, они говорят, что не по этому поводу… Они из отдела по расследованию убийств… Говорят, что речь идет о подозрении в убийстве…
На недолгое время он замолчал, слушая, по-видимому, что говорит ему брат, и, выслушав это, сказал:
— Друрри, я больше не могу скрывать от них твое местонахождение. Даю тебе двадцать четыре часа, и это все, что я могу для тебя сделать.
После этих слов доктор Велс повесил трубку.
У супругов состоялся короткий разговор, и, выключив свет в гостиной, они вместе пошли в спальню.
Переждав минут пять, я осторожно вылез из своего убежища, на цыпочках подошел к входной двери, нащупал цепочку, снял ее, приоткрыл дверь и выскользнул на крыльцо. Сбежав по ступенькам на садовую дорожку, я выскочил по ней на тротуар и поспешно пошел к центру города, размышляя на ходу над тем, как бы мне поскорее поймать такси. Дойдя до угла улицы, я увидел свет приближающихся ко мне фар и пошел ему навстречу. Машина двигалась медленно, а поравнявшись со мной, подъехала к тротуару и остановилась. Дверь ее отворилась, и Селлерс сказал:
— Залезай в машину, Шустрик!
Я с удовольствием исполнил это приказание.
— Ну, что он там делал? — сразу спросил Селлерс.
— Ты догадался, что я остался в доме? — спросил я.
— А разве я не сделал все, чтобы помочь тебе в этом? Что я мог ответить на такой вопрос?
— Он позвонил брату? — спросил Селлерс.
— Позвонил сразу, — ответил я.
Селлерс вывел машину на середину улицы, и мы вернулись к дому доктора Велса.
На этот раз хозяин очень быстро отворил дверь и залепетал:
— Вы не имеете права. Это нарушение закона… Это…
Он не мог закончить, потому что Селлерс ворвался в дом, схватил его за грудки, сильно тряхнул и прижал спиной к стене.
— Ну, быстро называйте номер телефона, по которому вы звонили после моего отъезда! — прокричал он.
— Ни по какому номеру я не звонил, — испуганно промямлил Карлтон Велс, но Селлерс, мертвой хваткой держа лацканы его халата, оторвал доктора от стены и снова шарахнул о стену с такой силой, что задрожал дом.
— Одевайтесь! — приказал он. — Вы арестованы!
— За что?
— За препятствование расследованию уголовного преступления. За помощь преступнику после совершения убийства. Думаю, что найдутся и другие пункты обвинения. Во всяком случае, я постараюсь, чтобы против вас был использован весь уголовный кодекс.
— Клянусь вам: я никому не звонил. Я…
Селлерс повернул лицо ко мне.
— Он лжет, — сказал я.
— Нет-нет. Я не лгу. Я…
— Когда после нашего ухода вы покидали гостиную, вы запирали входную дверь на цепочку? — спросил я доктора.
Он смотрел на меня испуганными глазами, в которых появилось предощущение неудачи.
— Да, запирал, — припомнил доктор Велс. Где-то наверху заплакал ребенок.
— А когда вы сейчас открывали нам эту дверь, цепочка была уже снята? — продолжал я. — Нетрудно догадаться, отчего это произошло.
— Как будут чувствовать себя ваши дети и жена, — при этих словах Селлерс показал рукой на потолок и продолжил: — Если завтра в газетах появится фотография их отца и мужа? Ваша фотография вместе с фотографией арестованного за убийство вашего драгоценного брата. А как к этому отнесутся ваши знакомые и друзья? Ваши партнеры по гольфу всегда будут рады сыграть с таким человеком, как вы, парочку партий, не правда ли?
На протяжении этой речи доктор Велс сжимался в своем купальном халате все больше и больше.
— Одевайтесь, — повторил свой приказ Селлерс.
— Сержант! Я… Я скажу вам… Я…
— Одевайтесь!
— Я скажу вам… Я…
— Ну, придется вам ехать в халате, — неумолимо сказал Селлерс и потащил доктора Велса к двери.
— Нет, нет, нет. Я оденусь!
— Я пойду с вами наверх, — заявил на это его собеседник, и они вместе начали подниматься по лестнице.
Оттуда донеслись женские причитания и детский плач, затем мужчины вернулись в холл.
— Вы не имеете права делать это без ордера на арест, — лепетал доктор Велс.
— Но я делаю это, не так ли? — говорил Селлерс, выталкивая его из дома.
— Вы не имеете права увозить меня…
— Посмотрите и увидите, какие я имею права, — возразил Селлерс и втолкнул его в полицейскую машину.
Через несколько секунд автомобиль сорвался с места и рванулся от тротуара сразу на середину проезжей части.
Мы расположились втроем на переднем сиденье, и Селлерс говорил со мной через голову сидевшего между нами доктора Велса:
— Он говорил по телефону с братом, Дональд? — спросил у меня Селлерс.
— Говорил. Он сказал Друрри, что больше не имеет возможности скрывать его местонахождение, и дал ему двадцать четыре часа на то, чтобы исчезнуть…
— Это все, что нам требуется, — с удовлетворением констатировал Селлерс. — Такого разговора вполне достаточно, чтобы поставить доктора Велса перед судом.
Потребовалось всего лишь две минуты для того, чтобы после таких слов зубной врач окончательно капитулировал, раскололся и выложил адрес своего брата.
— Кажется, вы начинаете умнеть прямо на глазах, — похвалил его Селлерс и, включив красную мигалку, до предела нажал на акселератор. Сирену он не включил.
