Следующие пару дней ее продолжало колбасить. Она сделала тест, узнала, что не беременна, и расстроилась. Мне было ужасно жалко Настю, я не хотела, чтобы ей было больно, и потому написала Липатову, напомнив, что «мы в ответе за тех, кого приручили».
Это была огроменная статья по психологии. Я стала звонить Максу, но он упрямо не отвечал, пока я не прочитаю. Я понимала, что Макс параноит, и не хотела ничего читать, чтобы не принимать чью-то сторону. К тому же, если он так упрямо уперся в статью, значит, наверное, все не так плохо, как могло бы быть.
Сама не понимаю, как так вышло, но на момент в моей запойной жизни появилась девочка по имени Катя. Катя была тревел-блогером и вела популярный аккаунт в Инстаграме, но она была не таким блогером, как мы – выворачивающим себя наизнанку перед аудиторией. Она была просто девчонкой, умеющей делать фотогеничные снимки и писать полезные статьи, для которой Инстаграм был чистым заработком. Оказалось, у нее и Феди тридцать три общих знакомых и с десяток общих друзей. Она просто пришла в мой дом и в итоге осталась со мной жить. Я была рада, что мне не нужно больше спать одной.
Катя знала себе цену, знала, как себя подать, и умела находить свои способы крутиться в элите. Через неделю она каким-то образом задружилась с парочкой миллионеров, которые пригласили нас покататься на яхте до соседних островов, а потом еще и отдали номер в своем отеле на самом берегу в придачу. Отель этот стоял на знаменитой косе Канкуна посреди Атлантического океана, в одном ряду с остальными самыми дорогими отелями страны, вдоль которых я прогуливалась месяц назад, гадая: кто же в них живет и какая у них, людей, позволяющих себе такие номера, жизнь. Теперь мы сами были гостьями такой жизни, разъезжая в купальниках на яхте, попивая шампанское, катаясь на вейкбордах и встречая в пентхаусе закат. Периодически мы с Катей переглядывались, проверяя, на самом ли деле все это происходит.
