– Я передам ей, что мы не сможем прийти, – усмехнулся Дима. – Она, конечно, мне этого не простит, но твой день рождения важнее.
– Постой-ка, но теперь, если мы решили пожениться, нам надо налаживать отношения с твоей семьей. Я приду в субботу.
– Хорошо, тогда приглашение остается в силе, – согласился он.
Какой-то скомканный день рождения у нее получится. Но что поделаешь, если мама ее будущего мужа решила проявить чудеса гостеприимства? Маша отключила телефон, выдохнула и крикнула из ванной, как можно громче:
– Мам, пап, я выхожу замуж!
– Как, замуж? – чуть не хлопнулась в обморок мама прямо посреди кухни.
– Зачем замуж? – высунулся из своего рабочего кабинета, устроенного на просторной лоджии, отец.
– Ты что, беременна? – обмахивалась первым попавшимся под руку кухонным полотенцем мама.
– Да нет же! – нетерпеливо перебила родительский галдеж Маша. – Я не беременна! Просто сегодня Дима сделал мне предложение. И я согласилась. Вот.
Вокруг нее воцарилось неловкое молчание. Маша почему-то подумала, что ее родители собственники, раз им так сложно принять тот факт, что дочь выросла и скоро упорхнет из тщательно свитого гнездышка.
– Ну, это, наверное, хорошо? – робко предположила мама, первой нарушив тишину.
– Да, да, – отец выглядел сконфуженным и почему-то усиленно тер глаза. – Это надо отметить! Надя, у нас есть шампанское?
– Есть, конечно. Чего-чего, а шампанского и конфет у нас полная квартира. Студенты считают, что если принести мне этот набор, я буду мягче на экзамене. И ни один из них не догадывается, что я предпочитаю коньяк! – покачала головой мама и гордо прошествовала на кухню.
Маша и отец пошли следом. Достали красивые хрустальные фужеры, открыли бутылку искристого шипящего полусладкого шампанского. Распаковали первые попавшиеся конфеты.
– Ну, за молодых! – поднял фужер папа. – За любовь!
– За будущую ячейку общества! – подхватила его тост мама.
А у Маши почему-то защипало в глазах.
– Расставаться с родителями всегда так грустно? – отчаянно захлопала глазами она, стараясь не расплакаться.
– А кто тебе сказал, что мы расстаемся? – хихикнул Федор Филатов в свою бородку. – Мы по-прежнему будем рядом. Сотовую связь еще никто не отменил.
– Пап, не надо про сотовую связь! – болезненно поморщилась Маша.– Я уже пережила десять дней вне зоны действия сети, и этого достаточно.
Родители расхохотались.
– Да, это был форменный кошмар! – вытирая слезы, пробормотал отец. – У нашего доктора украли телефон, а Маша подумала, что он ее бросил!
– Очень смешно, – нахмурилась Маша и поставила свой бокал на стол.
– Не обижайся, дочь! Просто я никак не могу забыть взгляд твоего Димы, когда он явился к нам на кафедру!
– Я бы на тебя посмотрела в его ситуации! – улыбнулась мама. – Забыл, как руки тряслись в наше первое свидание?
– Ничего они не тряслись. Это ты, Надя, выдумала, – нахохлился отец и быстро откланялся, сославшись на работу.
Маша и мама понятливо переглянулись и рассмеялись. Что поделаешь, все мужчины болезненно воспринимают намеки на их несостоятельность. Даже такие знаменитые, как папа.
Маша опаздывала на пару. Быстро взбежала по скованным льдом ступеням и оказалась в институте. На ходу срывая с себя шарф, расстегивала теплое пальто. Ей не хотелось получить пропуск накануне зимней сессии, а преподаватель, как назло, попался очень принципиальный. Такому будет сложно сдать с первого раза экзамен.
– А, Филатова к нам пожаловала! – хмыкнул дородный профессор и окинул ее презрительным взглядом из-под очков. – А вас, разве, не предупреждали, что ко мне на занятия опаздывать нельзя?
– Извините, – задыхаясь от быстрой ходьбы, выпалила Маша. – Этого больше не повторится.
– Извинения приняты, но на пару я вас не пущу. Так что, закрывайте дверь с обратной стороны!
Маша обескуражено потопталась в дверях под смешки однокурсников и захлопнула дверь. «Иногда среди преподавателей встречаются вот такие самодуры!» – утешала она сама себя. Не зная, куда деть полчаса свободного времени, поплелась в студенческое кафе. Лучше уж отсидеться там, чем у папы на кафедре. Папа быстро загрузит ее кучей нужных и не нужных кафедральных дел, а Маше хотелось тихо посидеть в укромном уголке и помечтать о предстоящей свадьбе.
В кафе за одним из столиков одиноко сидела Аня, печально рассматривая в окно заснеженную улицу. Заметив Машу, она оживилась и помахала рукой. От того, что помечтать не удастся, Маша совсем расстроилась.
– Тебя тоже не пустили на пару? – сочувственно посмотрела на нее Аня.
– Не пустили, – усаживаясь напротив Ани, кивнула Маша.
– А почему ты к папе на кафедру не пошла?
– Не хочу. Он же не может спокойно смотреть на то, что я сижу без дела. Заставит еще с газетой возиться, а мне так не хочется ничего делать!
– Ясно, – протянула Аня и снова уставилась в окно.
Маша почувствовала вину за свой отказ идти к подруге на свадьбу. Нет, что ни говори, а папа прав – Мария такая же эгоистка, как и Аня.
– Ань, прости меня за несдержанность. Я постараюсь принять твое замужество и приду на свадьбу, – скрепя сердце, выдавила она.
– На свадьбу? – эхом отозвалась Аня.
