Бой, хотя правильнее было бы назвать происходящее "затянувшейся агонией", продлился почти четверть часа реального времени, для гибрида тигра и шакала растянувшись на бесконечно долгие часы. Когда же все завершилось, участок плана теней просто перестал существовать, будучи стертым вместе с населяющими его бладспрайтами.
***
Поджав хвост, он позорно бежал. Армия была уничтожена, силы находились на исходе, собственная душа зияла тысячами прорех, через которые утекали драгоценные силы. Однако же...
"Я жив, а это главное", - оскалившись в злой усмешке, Ауисотль (успевший отделить частицу себя от единого целого, еще когда Сомбра только ворвался под кровавый барьер) продолжил бежать на юг, туда где находились Грогар и армия Шторма.
Пусть сейчас он потерпел поражение, столкнувшись сразу с двумя полубогинями, армией зебр, Владыкой Теней и подкреплением неживых солдат из кристаллов, но это лишь значило, что нужно стать еще сильнее. Даже если сейчас придется изображать из себя побитого пса, прибежавшего к хозяину, в будущем все может радикально измениться.
"Не в первый раз я получаю мощь и теряю все. Не в первый раз... и не в последний".
Растянув губы в усмешке, представив себе как сейчас радуются его враги своей победе, гибрид облизал свои зубы, ощущая на них сладкий вкус плоти белой кобылы. Он был уверен, что совсем скоро сумеет закончить начатое и полакомится сочным, окровавленным мясом...
Острая боль, пронзившая спину, заставила Ауисотля сбиться с шага и упав на песок, растянуться на животе. Не успел он опомниться, как копья из золотого сияния пронзили все конечности, мешая хотя бы пошевелиться, а затем в десятке шагов перед ним, в золотой вспышке появилась Селестия, которую за руку держала ее младшая сестра... в данный момент кажущаяся намного более старшей.
- Это все из-за тебя, - обиженно произнесла принцесса дня, ткнув указательным пальцем свободной руки в своего недавнего мучителя.
"Она... стала богиней?", - удивился тигрошакал, ощущая расползающуюся по телу слабость.
- Тия, не играй с врагами, - строго произнесла темно-синяя аликорн.
- Луна, не говори со мной как с маленькой! - возмутилась белая крылато-рогатая кобылка, лет восьми на вид, одетая в простенькое белое платице. - Ты, между прочим, тоже виновата: не смогла удержать мой прежний облик при перерождении.
- Если не будешь ворчать, отведу в парк развлечений, - хитро подмигнув сестре, пообещала принцесса ночи.
- Я не маленькая! - топнув ножкой, практически взвизгнула новоявленная богиня.
- Ну если не хочешь в парк... - покровительница снов повернулась к Ауисотлю. - Я и сама могу здесь закончить.
- ... - насупившись, Селестия несколько секунд буравила Луну тяжелым взглядом, затем тяжело вздохнула и буркнула обиженно. - Хочу.
Последнее, что увидел темный и кровавый бог, это яркую вспышку света, жаром опалившую всю его сущность, окончательно разрушая потрепанную душу.
***
Возвращение в Кристальную Империю было триумфальным: сперва Луна передала меня с рук на руки Теням, которые успешно возводили форт вокруг пространственного кольца, а затем уже мои потомки, выделив пятерку для сопровождения, переместились со мной во дворец. Голден, оценив мое печальное состояние, не терпя никаких возражений перенесла мою тушку в госпиталь, где поместила в капсулу регенерации, начав напитывать энергией Кристального Сердца, для скорейшего восстановления энергетических оболочек (по ее ехидным комментариям выходило, что нам сильно повезет, если один на всю голову джедай не просядет в силах до десятого, а то и девятого ранга).
В те два дня, которые я был недееспособен, Дух Великого Голохрона развила бурную деятельность: организовала переброску кристальной армии в Великую Пустыню, дабы зачистить до конца детей Ауисотля, а также помочь зебрам; узурпировала власть в Кристальной Империи и объявила военное положение; договорилась с Луной и сильно помолодевшей Селестией о запуске на орбиту портальных колец, которые вывела над территорией, где находился воздушный флот короля Шторма, а затем использовала Кристальное Сердце как питающий элемент для лазерного излучателя. Порталы, пусть и тратя уйму энергии на поддержание устойчивого прокола, исправно пересылали разрушительные лучи, с хирургической точностью поражающие воздушные цели (плюс-минус десять-двадцать метров, роли не играли).
Когда же меня наконец-то выпустили из госпиталя, прибыла Луна с заявлением, что готова к заключению брака...
Но это, уже совсем другая история.
Эпилог.
Двадцать лет и два дня спустя).
Проснувшись и открыв глаза, смотрю на зеркальный потолок, в котором отражается большая круглая кровать, где вольготно разместились четверо: двое жеребцов и две кобылки. У всех нас вид потрепанный, что отзывается легкой ноющей болью в теле, но при этом крайне умиротворенный.
