Стоять на одном месте я не собиралась. Но и двинуться в какую-либо сторону я тоже не могла решиться. Что же тогда делать? Прислушалась, вдруг проявиться хоть кто-нибудь. Подаст знак. Появиться звук. И вот, моя надежда оправдалась. Звук. Но радоваться было нечему. Звук явно какой-то иной породы, не той, которую я привыкла ощущать вокруг себя. Это было что-то не живое. Что же это? Хотелось ли мне слушать это дальше? Нет, то есть не знаю. Я же должна была разобраться во всем, что происходило вокруг меня. А вдруг я найду разгадку, которая кроется на поверхности. О чем таком я думаю? Столько мыслей и не одной стоящей. Издевательство. Кто-то явно потешается надо мной. Возможно я сама. Хотя зачем мне это? Вопрос.
Главный вопрос, который в настоящий момент находиться в моей голове, где это я? Что это за помещение такое? А, между прочим, звук приближается ко мне. Откуда? Сможет ли это что-то добраться до меня?
Щелк.
Кажется, только что открылась дверь.
Скрип.
Дверь отворилась.
— Кто здесь?
Я опешила. Этот голос. Он мне так знаком, что я не выдержала и закричала, вжавшись в стену, которая ни с того ни сего вдруг оказалась за моей спиной…
— Анджела, проснись, — тряс меня Курт.
— А…а, — кричала я в ответ.
— Анджела, просыпайся. Это, всего лишь, кошмар, — продолжали до меня доноситься слова братца.
Я открыла глаза.
Курт слишком сильно склонился надо мной, того и глядишь, возьмет и поцелует. Ой, о чем это я? Мне только что что-то снилось. Почему-то меня трясло, и мне было холодно. Даже горячие руки и дыхание Курта меня не согревали.
— Ты вся в поту.
— А? Что? — не понимала я, о чем он мне говорит. И вообще, как он оказался в моей комнате?
— Тебе приснился кошмар. Вот я и здесь, — ответил он мне на мой мысленный вопрос.
— А…а, — более спокойно произнесла я.
Курт обнял меня. И, конечно же, я не отстранилась, позволив ему, прижать меня к своему теплому телу, которое только-только начинало меня согревать.
— Малыш, что тебе снилось? — шепотом вопросил он, склонившись к моему уху.
Я затрясла головой, но у меня ничего не получилось, так как Курт крепко меня прижимал к себе.
— Я не помню, — прошептала я ему в плечо, стараясь на самом деле забыть свой странный кошмар.
Курт почувствовал, как я успокоилась, отстранился. Сел рядом, глядя на меня. Наши взгляды встретились. Под его пристальным взглядом я начала отчего-то смущаться. То ли он догадался, что я чего-то не договариваю, то ли он просто меня пытался смутить своим присутствием в комнате, отведенной специально для меня. Кровь прилила к моему лицу так, что я почувствовала, как краснею. Братец улыбнулся. Пододвинулся ближе, так, что мне пришлось вжаться в спинку кровати. Было не удобно так находиться под пристальным взглядом кузена. Чего он этим добивался? Не знаю.
— Тебе так нравиться меня в краску вгонять? — поинтересовалась я, когда смогла-таки прийти в себя.
— Ну, это так забавно выглядит, — произнес братец, продолжая улыбаться.
— Может, ты перестанешь на меня так смотреть, — попросила я.
— Как так? — по-видимому, не понял он.
Я подтянула к себе ноги и одеяло. Руками обхватила колени ног, спрятанные под теплым одеялом.
— Ночь? — вопросила я.
— Ночь, — согласился он со мной.
— Нам завтра выходить в путь.
— Да.
— Так в чем дело? Почему ты все еще здесь? — забросала я его глупыми вопросами.
— До утра еще далеко. Могу с тобой еще немного посидеть, а если попросишь, то могу и остаться до утра.
— И будешь приставать?
— С чего ты это взяла? — вроде бы обиделся он.
— От тебя и не такого увидишь!? — изрекла я.
— Ты слишком плохо обо мне думаешь.
— Я стараюсь меньше о тебе думать.
— Почему?
— У меня и так хватает головных болей, чтобы еще и тобой заниматься.
— В каком это смысле?
— Передо мной стоит главная задача, ради которой мы все собрались здесь.
— И что? — продолжал недоумевать Курт.
— Как что?
— Я тебе ни капельки не нравлюсь?
— Ну, это вообще, ни в какие ворота не лезет, — начала я злиться.
Мало того, что он находился в столь позднее время в моей комнате, так еще и приставать начинает.
— Ты не ответила на мой вопрос.
— На какой?
— Я тебе нравлюсь? Ну, хоть самую малость?
Я злорадно улыбнулась:
— Самую малость, пожалуй, нравишься.
Курт просиял.
— Ну, и только то. А теперь ступай. Мне хотелось бы отдохнуть.
— А если снова кошмар?
— Это всего лишь кошмар. Ты же сам сказал.
— Как хочешь.
Курт поднялся, коснулся губами моей макушки, поцеловал и поспешил удалиться, оставив меня в комнате одну.
— М-да уж, кошмар. Такого кошмара и врагу не пожелаешь, — проговорила я в голос, и вновь завалилась спать, растянувшись и расслабившись.
Утро пришло солнечное. На удивление выспаться мне удалось. Я уже почти окончательно забыла о своем кошмаре, тем более что его вовсе не хотелось вспоминать и уж тем более кому-либо рассказывать. Усталость ушла. Ночь помогла мне набраться новых сил, и теперь можно было смело выступать. Надеюсь, мои спутники также хорошо выспались, как и я, и никто никому не мешал набираться сил.
