Это — мир за гранью.Сумрачный, сумеречный параллельный мир, где стоят высокие замки и парят высокие боги, где грядущее повинуется закону тайных рун и закону могущественных заклинаний.Мир, который века и века стоял рядом с миром нашим — неведомый, недоступный, чуждый. Но однажды граница меж Землей и миром за гранью перестала существовать. И тогда…И тогда человек, способный бродить между мирами, возвратился на Землю, чтобы спасти раненого друга! Возвратился, еще не зная, что по пятам за ним из мира за гранью последовало посланное темными магами Зло…И тогда в самом мире за гранью появился некто, обладающий даром убивать не людей, но — БОГОВ!..И тогда настало время для горстки защитников Света схватиться не только с таинственными адептами Мрака — «скирати», но и с подвластными им ДЕМОНАМИ АДА…
Стояли последние летние дни, когда утренняя прохлада незаметно сменяется истомой дня, а небеса затянуты легкой дымкой, когда в полях уже напилась пшеница, ветви деревьев ломятся под тяжестью плодов, а безмолвная земля словно упивается умиротворяющим теплом и благосклонностью природы. Именно в такой день в замок Ар-Толор приехал народ морнишей.
Стоя возле окна спальни, Эйрин наблюдала за тем, как по дороге к замку медленно движется пестрая вереница повозок. Издали они казались размером не больше игрушки, но зрение у девушки было острое, и она рассмотрела причудливые рисунки на их боках.
Там были и лебеди с длинными изогнутыми шеями и снежно-белыми крыльями, и выкрашенные в розовый цвет улитки с маленькими круглыми окошками в спирально закрученных раковинах, и лев, низко припавший к земле, словно приготовился броситься на оленя, голову которого венчали ветвистые рога. За ними прыгала изумрудного цвета лягушка.
Показались еще несколько повозок. Чего только там не было! Черепахи, рыба, плавниками рассекающая голубые гребни волн, ящерки, рыжевато-коричневые зайцы и другие диковинные звери, которых Эйрин никогда раньше не видела, разве что на страницах старинных книг.
Повозки одна за другой исчезли за зеленым поворотом холма, и дорога вновь опустела. Но Эйрин представила себе, как они останавливаются в поле за деревней, как, пахнув пряным ароматом благовоний, открываются расписные двери, как позвякивает серебро и звучит мелодичная музыка.
Девушка отвернулась от окна. Ее сапфировые глаза азартно блеснули:
— Пойдем посмотрим на морнишей!
В противоположном конце маленькой гостиной сидела Лирит.
— А за любопытство нас бросят в темницу, где мы познакомимся с несколькими дюжинами крыс… Покорнейше благодарю! Ты ведь знаешь не хуже меня, сестра: королева Иволейна недвусмысленно дала нам понять, что не желает, чтобы кто-либо из придворных общался с бродячим людом. Их представления хороши лишь для крестьян и простолюдинов, — не отрываясь от вышивания, спокойно ответила она.
Эти слова раздосадовали, но ничуть не удивили Эйрин. Она не отказала себе в удовольствии состроить гримасу, которая не ускользнула от внимания ее собеседницы.
— Из тебя получится превосходная баронесса, если эта гримаса на лице застынет, сестрица, — ехидно заметила Лирит, не сводя глаз с лежащих на коленях пялец. — Перед тобой не устоит ни храбрый герцог, ни благородный рыцарь!
— Тем лучше будет для них, — промолвила Эйрин, и черты ее лица немного смягчились.
Девушка искоса глянула в настенное зеркало, словно желая убедиться, что красоты в ней нисколько не убавилось.
— С тобою все ясно, — вздохнула Лирит.
Не удостоив сестру ответом, Эйрин снова посмотрела в окно. На этот раз ее взгляду предстало лишь стадо овец, подобно цветам усеявших склон отдаленного холма. Девушка задумалась, пытаясь представить, как срывает с земли крохотных овечек, как сплетает их в блеющую гирлянду и набрасывает себе на шею. Однако затем представила себе запах этих «цветов», и видение исчезло.
— Мне скучно, — заявила она, не пытаясь скрыть раздражения.
— Вот и займись рукоделием!
Эйрин ответила ей сердитым взглядом:
— Я же знаю, что ты ненавидишь вышивание, Лирит!
— Совершенно верно. Но ненависть спасает меня от скуки. А теперь принимайся за шитье! Сестра Тресса надеется увидеть готовую работу.
Эйрин отвернулась от окна. Придвинув ближе деревянную подставку, которая поддерживала пяльцы для вышивания, она притворилась, что вышивать единорогов ей гораздо интереснее, чем покупать пакетики засахаренных орешков, смеяться над выступлением дрессированных обезьянок и наблюдать за жонглерами и шпагоглотателями.
Девушка вздохнула, и Лирит тут же подняла на нее глаза:
— У них все хорошо, сестра. Ведь они отправились к себе на родину. К тому же никто на свете не обладает такой силой исцеления, как леди Грейс. Представляю себе, как сэр Бельтан, пока мы тут с тобой разговариваем, отпускает непристойные шуточки и преспокойно попивает себе эль!
Эйрин пожалела, что не обладает столь богатым воображением.