— На самом деле, Ксения, тут был только один правдивый факт. Ваш попутчик был женат. А фамилия его Котов. Я уж не знаю, сам он решил так минимально фамилию менять, или посоветовал кто, но вышла промашка. И был наш многоуважаемый Кирилл Александрович в рядах славной ЧВК с романтичным названием «Черная Вода».
Чертов Вячеславыч. Что он там наворотил-то? Вот так всегда, меня окружают одни сволочи и вруны. И вообще-то, сейчас называется Академия, а не Блэк Уотер.
— ЧВК? Черная Вода? Вы о чем вообще? — Ксюша захлопала глазами, переводя глаза с капитана на меня.
— Ксю, у собеседника весеннее обострение. Товарищ капитан, я понятия не имею, о чем вы тут говорили. Я законопослушный гражданин, у меня угнали машину…
— Кирилл Александрович, прекратите ломать комедию. Тем более, это уже и не смешно. И легко доказуемо. — Перебил меня невзрачный и повернулся к секретарше. — Так вот, по вашим вопросам. Ваш попутчик был наемником, в американской частной военной компании, а у нас это уголовно наказуемо. И это я молчу еще про его паспорт, который, как бы это помягче сказать… Не совсем законный.
— Вы мне какие-то доказательства или обвинения тогда предъявите, товарищ капитан. Или у вас нынче можно просто наговорить на человека и держать его, где попало? — Влез в разговор я, решив отпираться до последнего.
— А это уже с вами в штабе поговорят. У меня тоже есть начальство и оно пожелало лично вас видеть.
— И в чем смысл тогда всего вот этого действа? — Я покрутил головой вокруг, имея ввиду это подобие допроса. Капитан меня понял:
— А это инициатива на местах — и осклабился своей поганой полумертвой улыбкой. — Мне и самому, знаете, очень уж интересно. Не каждый день попадаются подобные вам персонажи, да еще и с сотрудником научного центра, в котором сразу после начала эпидемии случился пожар.
И коротко взглянул на левое плечо. Майорские звездочки уже примеряет, точно. А до меня только сейчас дошло, что он уже второй раз говорит про пожар в Векторе, но сваливает на меня. А я был уверен, что это как раз ФСБ подсуетилось. Нет, возможно, конечно, что он просто хочет все скинуть на меня, дабы обелить репутацию родной конторы, но как-то не похоже. По глазам видно — верит в мою причастность. Кто тогда? Или тут важно, что там было другое управление фэйсов, и у них правая рука не знает, что творит левая? В принципе, возможно, при каких-нибудь нетиповых ситуациях у них часто возникала неразбериха. Кроме, пожалуй, их спецназа — приходилось работать, вот там все отлажено. Но опять же, мы с ними тогда в автономке были, а в ППД*, может, и у них бардак.
Внутри начала закипать злость. Я уже сбился со счета, какой день мы в пути, но кажется, что очень долго. И при этом, не проехали и трети пути. И все из-за каких-то мудаков, которых никто не трогал. Почувствовав, что начинают подрагивать руки и хочется сломать капитану шею, усилием воли подавил вспышку злости и поднял на капитана глаза.
— Тарщ капитан, угостите табаком. И зажигалкой, а то мне дюже неудобно, с вашими украшениями. — И позвенел наручниками за спиной.
Тот прищурил один глаз, подумал несколько секунд, но все же достал из кармана пачку «Кэмела» и протянул мне сигарету. Потом подкурил и снова уставился на меня каким-то змеиным немигающим взглядом.
— Ну, раз меня ждут в вашем штабе, то чего мы ждем? Я, вообще-то, домой направлялся, в чудный город Красноярск. А то тут подработка же закончилась, понимаете — сделав пару затяжек спросил я.
Капитан тоже достал и закурил сигарету, задумчиво выдохнул дым в потолок и протянул:
— Если вы не забыли, Кирилл Александрович, то мы здесь были до вашего появления еще, и с определенными целями. Как все выполним, так и поедем. Вы куда-то торопитесь?
— Не люблю неопределенности, тем более, когда мне предъявляют какую-то ерунду — пожал я плечами.
Капитан не снизошел до ответа, встал и молча вышел из комнаты. Интересно, что за цели у них здесь? Набирают себе рекрутов из деревенских? Похоже на то, не зря же стрельбище оборудовали. Сцена в центре поселка, правда, не вписывается — хорошо помню, как там кого-то буцкали бравые вояки. Такая себя мотивация для набора, по-моему… Хотя, какое мне дело.
Пожевал почти докуренную сигарету, сделал последний затяг и осмотрелся в поисках пепельницы, чтобы выкинуть. Я не самый хорошо воспитанный человек, но на ковер бычки кидать как-то не хотелось. Обернулся к двери и крикнул уголком рта:
— Эээй, военные! Дело есть! Я созрел раскрыть все тайные пароли и явки!
В дверь заглянул солдат с автоматом в руках, тот же самый, что цеплял на меня наручники.
— Какие явки? Ты че несешь, ущербный?
— Ты выражения подбирай, салага. Пепельницу мне дай, а то я сейчас бычок-то уроню и спалю всю вашу деревню, а ты потом огребешь. Если еще сам здесь со мной не останешься.
Если до этого я не собирался хамить, то после оскорблений передумал. Солдат посверкал на меня глазами, но все же ушел и принес кружку, швырнув ее на стол передо мной.
— Встретился бы ты мне, а не Музафарову, я бы тебя там и положил, разговорчивого такого… — Бросил он через спину, уже выходя из комнаты.
