Феодосий начал открывать различные ящики, словно искал какую-нибудь пищу. Этим самым он напомнил мне, как Оля открывала все полки комода в поисках интересных находок, как она запихивала всю еду из лаборатории в рюкзак. Вспомнив Олю, на меня упала серая тоска.
Тут мысли об Оле испарились в моей голове, а вместо них топором ударило воспоминание, не принадлежащее мне. Это воспоминание казалось очень старым. Ростом значительно я вытянулся, на мне был надет какой-то темный костюм. Я, торопясь, бежал по лестнице вниз. Меня преследовали странные чувства, смешиваясь друг с другом, образовывая кашу. Ярость преследовала повсюду, мотивируя меня совершить какое-то дело, которым я был озабочен в последнее время. Этот гнев не давал толком думать. Я чувствовал, как взрывался из-за него. Помимо него был чем-то напуган, я боялся за жизнь…семьи…невесты…брата… Мне не хотелось, чтобы они страдали из-за меня, ведь все это случилось из-за меня, виноват в этом был только я… И эта вина мучила очень сильно. Я был в сильной безысходности, не знал, что делать.
Вскоре я спустился вниз и оказался в этом подземном помещение. Из окон излучал солнечный свет. Повсюду раздавался гул космических лайнеров, которые улетали из этой планеты. Я подбежал к аппаратуре и включил ее. Но меня отвлек детский голос:
– Аристарх, когда ты начнешь делать то, что пророчит тебе судьба?
Я повернул голову, посмотрел брату в глаза и резко ответил ему очень высоким голосом. Сказал то, о чем никогда в своей жизни не думал.
– Поверь мне… Петр… я знаю… что делаю. В конце концов, мне лучше знать, когда я сделаю то, что мне там пророчит… высшая сила. А теперь не лезь ко мне, я хочу встретиться с… Виолеттой.
Произносить эти слова было трудно, каждое слово застревало в горле и казалось, что я сейчас лопну от своей отчаянной ситуации, ведь брату невиданно то, что хорошо известно мне… Но впутывать ребенка еще в это не хочется… Это моя миссия, моя тайна, и я не успокоюсь до тех пор, пока не доделаю ее. Готов ее доделать даже в следующей жизни…
– Да что значит твое "когда"? – возмутился малыш Петр, – Ау, очнись, Аристарх! Война идет! Когда ты сделаешь то, для чего вообще родился!?
– Все не лезь, – рявкнул я и пальцем нажал на огромную кнопку. После передо мной появилась голограмма планеты Андор, которая начала расти до огромных размеров. Вместо планеты появилась вращающаяся сфера и я прямыми шагами подошел к порталу и вошел в него, прекрасно понимая, что иду на смерть и, возможно, больше не встречусь с братом никогда. Но мне надо это сделать…
Потрясенный Петр обиженно прыснул на старшего брата и покинул это помещение…
– Ты что делаешь!? Очнись! – раздался издалека возмущенный голос.
Я открыл глаза и осознал, что увидел не просто непонятную картинку в своей голове, а воспоминание из прошлой жизни… Не могу в это поверить, но это воспоминание очень сильно тронуло меня и вызвало странные чувства. Недоумение. Почему я смог это увидеть? И что эта за миссия была у Аристарха!?
Вся эта ситуация вызвала во мне сильную дрожь. Руки тряслись и я не мог ими никак пошевелить. Голова шла кругом, а сердце скакало ненормальными прыжками в груди. Еще месяц назад я считал себя простым, ничем не примечательным юношей, а сейчас осознаю, что никакой обыкновенности во мне и нет помине.
Откашлявшись после такой внезапной телепортации в прошлое, я увидел перед собой Феодосия, у которого отвисла челюсть, а в глазах горело возмущение. Не могу понять, почему Феодосий так злился и вскоре заметил. В воспоминание я нажал на какую-то кнопку, из которой образовался портал. Сейчас своей же ладонью давлю на эту самую кнопку. Похоже, я повторил движения Аристарха, сам этого не осознавая.
Трехмерное изображение планеты Андор выросло до невероятных размеров, походив внешне на обычный портал.
– Зачем ты на это нажал?! – крикнул, чувствуя сильную злость и растерянность Феодосий, дергая меня за руки.
Портал заполнил собой все пространство. Яркая вспышка ослепила меня. Меня и Феодосия начало со всей силой магнитом тянуть к этому порталу. Сопротивляться не получалось, я схватился руками за края аппаратуры, но руки скользнули, и меня с Феодосием опять затащило в дверь сквозь пространство.
*****
Снова чихнув, я взбесился и, сняв с себя шлем, заново продолжил чесать глаза и нос. Феодосий тоже снял с себя шлем и, сев на колени, с возмущением задал мне вопрос, злясь от случившегося:
– Зачем ты на это нажал?!
– Я… я сам не заметил этого… – слабым голосом произнес я, еще не отойдя от воспоминания прошлой жизни, – у меня в голове какой-то образ появился… воспоминание, когда я был еще Аристархом. Он в этом воспоминании нажал на ту кнопку. И я похоже, когда увидел это, случайно повторил его движение…
– Погоди-ка, – не понял Феодосий, перестав грызть меня злобными глазами, – то есть, ты видел самого себя, когда был еще Аристархом?
– Похоже… – кивнул я.