Я сел на кресло и, пристегнув ремень безопасности, зачесал пальцами волосы назад и, чувствуя, как в крови забушевало предвкушение, начал смотреть на планету Мобланд.
София и Феодосий сели на свои кресла и тоже пристегнули ремни безопасности. Мы с Софией переглянулись и она, на мое удивление, не отвернулась от меня, а подарила в ответ улыбку.
Нос самолета направился на север планеты. Он потихоньку направлялся к голубой планете. Глядя в иллюминатор, я почувствовал, как что-то тяжелое ударило мне по голове и заставило одно ухо оглохнуть. Никогда не переносил посадки в обычных самолетах и боюсь, что еле как переживу эту.
Внутри меня проснулась слабость. Мне становилось с каждой секундой все хуже и хуже. Возникло в горле ощущение приближающейся рвоты, что вызвало у меня панику.
– Феодосий, у тебя осталась та таблетка? – спросил я, в надежде запихать ее в себе в рот.
Феодосий пошарил в своих карманах и, вывернув их наизнанку, покачал головой.
Я решил отвлечься и устремил взор на иллюминатор. Планета увеличилась до громадных размеров. Самолет пролетал границу между космосом и атмосферой. Зрелище было невероятно волшебное. Когда самолет плавно нырнул в атмосферу Мобланда, медленно помчался вниз.
Приступ тошноты начал увеличиваться. Я, сморщив лоб, умолял самого себя потерпеть, лишь бы не испытать эту муку в купе космического самолета.
"Потерпи, потерпи…Сейчас все пройдет. Меня не вырвет, меня не вырвет…"
Самолет плавно летел вниз. Передо мной предстал вид тропических лесов и бирюзового океана, занимающего большую часть планеты. Ноги опять приросли к полу. По телу пробежался озноб. Деревья на глазах начали расти, растительность приобретала очертания, я увидел, что самолет направлялся в сторону высокого здания аэропорта.
Вдруг я чуть с кресла не подскочил – шасси вышли из фюзеляжа с громким щелчком, напугав меня своей неожиданностью. В ушах гудел ветер. Краем глаза я глянул, что самолет своими колесиками уже коснулся асфальта и мчался по посадочной полосе. С каждой секундой скорость замедлялась.
Тут деревья за стеклом иллюминатора перестали двигаться. Ногами меня уже никуда не несло. Самолет остановился.
– Дамы и господа, – объявил пилот, – наш самолет произвел посадку в аэропорту планеты Мобланд. Температура за бортом двадцать девять градусов, а время десять часов утра и двадцать минут. Просьба оставаться с пристегнутыми ремнями безопасности до полной остановки двигателя. Наш полет окончен. Командир корабля и экипаж прощаются с вами. Надеемся еще раз увидеть вас на борту нашего самолета. Благодарим вас за выбор нашей космической транспортной компании. Пожалуйста, оставайтесь на своих местах до полной остановки.
После этих слов все пассажиры в один такт с сильным возгласом поаплодировали. У меня не было желания хлопать в ладоши, мне кажется, что сейчас я буду выплевывать все свои внутренности. Лицо позеленело и, когда я поднялся с кресла, почувствовал, как круто закружилась голова вместе с дрожью в ногах.
– Ты в порядке? – испуганно спросил Феодосий.
– Нет…нет… – покачал я головой.
– Не переживай, на свежем воздухе пройдет, – сказала София, надевая на голову косынку, – меня саму немного укачало.
По всему салону раздавались крики иностранцев, заставляющие резать мне слух. Когда двери купе автоматически открылись, я увидел, как все пассажиры друг друга толкали, в надежде уже покинуть самолет. София открыла полку со сканером и вытащила оттуда небольшую черную сумку.
Мы втроем покинули купе. Сзади меня толкали к выходу коротышки-иностранцы с бледно-синими лицами и глазами на выкате, крича "Мини-ну-ну-и-кити!". От этого я сильно разозлился. Как же вы меня достали все, только и можете, что толкаться и кричать.
Когда я подошел к входной двери, увидел высокую и худую стюардессу, с которой все пассажиры, выходя из самолета, прощались. Она, когда увидела меня, сказала мне с улыбкой: "До свидания". Я для приличия хотел тоже с ней попрощаться, но из губ вырвалось только невнятное бурчание. Приступ тошноты перестал меня мучить, но все равно чувствую, как меня после поездки мутит.
Когда я покинул самолет, увидел похожий, как и на Андоре, стеклянный переход, через который пассажиры самолета шли в зал прилета получать свой багаж. Я стал с краю и начал ждать Феодосия и Софию. Какой-то робот с одним квадратным глазом и колесами вместо ног вышел из самолета и, проходя мимо меня, проехался мне по стопам.
– Смотри, куда прешь! – рявкнул я ему обиженно, чувствуя как колеса робота оставили след на стопе. От этих колес нога с болью защипала. Но этот иностранный робот не посмотрел на меня и, даже не извинившись, поехал дальше, бормоча что-то на своем языке. Глядя на этого робота, я, сдвинув брови, фыркнул. Какие-то все эти пассажиры борзые и невоспитанные.
Феодосий, чувствуя себя растерянно, покинул самолет. Следом за ним вышла София, поправляя косынку на голове.