«Этому не бывать, – яростно пообещала себе Ясновидица. – Я присмотрю за ними. Все исправлю».
– Сегодня отличный день для полетов, – сказала она, пытаясь отвлечь их обоих. Подтолкнула Глуби́на: – Показать вам Ночное королевство? Тут неподалеку есть чудесный пляж.
Морда Глуби́на озарилась, и напряжение немного ослабло. Не время пока терять бдительность. Ясновидица еще не видела отчетливой тропы в будущее, где Индиго и Мракокрад доверяют друг другу, но, возможно, все будет хорошо, если держать их подальше друг от друга.
Важно было то, что Глубин наконец здесь. Это их будущий лучший друг и крестный будущих драконят. Какой счастливый день!
Ясновидица воспарила в небо, огибая облака и наслаждаясь солнечным светом.
«Не смотри вниз.
Не гонись за бурей.
Не дай мрачным видениям победить».
Недели незаметно сменяли одна другую, день ото дня радость крепла. Спустя год холодного молчания, недружелюбных взглядов и одиночества Глубин оказался окружен теплом и вниманием. Мракокрада и Ясновидицу его магия нисколько не пугала. Напротив, он им нравился. Каждый день его брали с собой полетать, на охоту, делились с ним свитками и секретами о королевском дворе. С друзьями Глубин снова начал смеяться. Целыми часами не вспоминал, через что прошел и что ему предстояло сделать.
Впрочем, о поручении не забывал. По-прежнему приглядывал за Мракокрадом: не использует ли тот магию… не становится ли злым. Как-то вечером Глубин обнаружил у себя на столе измеритель душ и записку:
– Это ТАК подозрительно, – высказала мнение Индиго, когда Глубин показал ей записку. – Скорее всего, прибор зачарован, чтобы всегда показывать Мракокрада хорошеньким, сколько бы он ни колдовал. Если не хуже: вдруг чары заставляют тебя доверять Мракокраду сильнее всякий раз, как ты касаешься измерителя?
– Да ты сама рассудочность и мнительность! – произнес Мракокрад, влетая через балкон. – Повезло, что ты не дракомант.
Индиго застыла, сделав невыразительную морду телохранителя, а Глубин поспешил встать между ними.
– Спасибо, – поблагодарил он Мракокрада. – Прибор правда можно оставить себе?
– Я уже использовал его на своем отце, – сказал Мракокрад, складывая крылья. – Арктик плох, как я и думал, но еще не озлобился в конец. Как-нибудь измеритель мне понадобится – показать маме, но она пока слишком занята военными делами. Попридержи его пока, ради меня, если тебе от этого легче.
Глубин прицелился в Мракокрада и проверил: баланс белого и черного песка не изменился.
– Видишь? Я совсем не злой, – широко улыбнулся Мракокрад. – Идем, навестим Ясновидицу.
Глубин последовал за ним в коридор. Последней вышла Индиго.
– Она сказала, что у нее сегодня много работы, не забыл?
– Королева Зоркость заставляет ее пахать каждый день, – закатил глаза Мракокрад. – Ясновидица и так уже школу бросила. Ей это не на пользу. Поохотиться с нами, искупаться – вот что ей нужно. – Он с прищуром посмотрел на Индиго и спросил у Глуби́на: – Другие два телохранителя здесь для вида? Чувство, что на службе только вот эта.
Глубин вздрогнул. Все же плохо он скрывает, как важна для него Индиго: она и правда всюду с ним. Отчасти потому, что они не доверяли Причалу и Крылатику, а отчасти – потому, что ночные все равно как будто не обращали внимания, с кем Глубин проводит время. Зато Мракокрад все видел и подмечал.
– Э-э, ну… Индиго сильнее, – неловко забормотал Глубин. – Те двое еще не привыкли к новому режиму дня. – Он не больно-то и соврал: когда все бодрствовали, Причал и Крылатик обычно спали.
– Значит, с Индиго тебе повезло, – весело заметил Мракокрад. – Она-то со своей работой хорошо справляется.
Глубин обернулся и посмотрел на Индиго: выглядела она взволнованно.
Они постучались в дверь к Ясновидице. Изнутри донесся грохот падающих предметов, потом торопливые шаги, и наконец Ясновидица выглянула в коридор. Она строго посмотрела на Мракокрада:
– Так и знала, что это ты.
– СЕРЬЕЗНО? – ахнул Мракокрад. – Да ты, никак, БУДУЩЕЕ ПРЕДСКАЗЫВАЕШЬ!
– Сегодня ты меня от работы не отвлечешь! Уходи! Мне завтра утром сдавать полный отчет о маневрах ледяных на год вперед!
Мракокрад протиснулся мимо нее в комнату, втянув за собой Глуби́на. Всюду, где только можно было, лежали свитки. Глубин уже на глаз умел определить убористый почерк Ясновидицы: живя и работая во дворце, она исписала, наверное, сотню листов пергамента.
– Великие королевства, – пораженно проговорила Индиго с порога. Она взглянула себе под лапы, явно в растерянности и не зная, куда ступать в этом извергающемся бумажном вулкане.
– Так скажи Зоркости, что на год вперед предсказаний не выдать, – посоветовал Мракокрад Ясновидице. – Особенно когда речь идет о целом племени, непредсказуемой королеве и всех глупых мелочах, которые путают ход войны.
