− Так хорошо, − довольно выдохнул Ривз, когда вынырнул из воды. Тряхнув головой, словно большой пес, он весело рассмеялся. Ара сидел на песке и грелся в лучах солнца, чувствуя, как вода стекала с волос по спине. Ему до сих пор было странно от того, как ярко проявлял эмоции Ривз. Порой слишком ярко, что вгоняло Ару в ступор. Он еще не привык к этому.
Ривз, наверное, сейчас единственный, кого Ара готов был терпеть. Он по-прежнему раздражал сильно, особенно когда упрямился или проявлял свою более мягкую сторону. Романтика в нем Ара ненавидел, потому что, когда он просыпался – все веселье заканчивалось под гнетом ворчания и нотаций. Ривз уверен, что у него уже было несколько бастардов, но Ару это не волновало – это уже проблемы девиц, которые не озаботились контрацептивами.
− Учитель говорил, что мы скоро отправимся в путь.
Он сел рядом и тряхнул головой, пытаясь убрать мокрые волосы с лица, но все равно провел рукой, зачесывая их назад. Улыбнулся широко и подставил лицо солнцу.
− Он говорит так уже несколько дней, − ответил Ара. Учитель и правда говорил об их отъезде часто, но команду пока не давал. Ара не торопился. Ему нравилось в этой небольшой деревне, где к нему относились как к Богу, не перечили и отдавали самое лучшее. К тому же здесь недалеко река, просторно, девушки симпатичные.
− Я слышал, что сегодня он получил письмо, − сказал Ривз и повел плечом. – Обычно, когда учитель получает письмо – мы куда-то уезжаем.
Ара не мог не согласится. Обычно учитель получал письма от Папы, и они почти сразу же уезжали в другой город. В такие моменты Ара всегда собирался с тяжелым сердцем, потому что не любил долгую дорогу. От сидения на коне всегда болели бедра и кружилась голова, ходил он потом неуверенно. Порой ехали они несколько дней и ночевали в лесу. Это Ара ненавидел больше всего, потому что половину ночи сидел перед костром и отгонял мелких животных, борясь со сном, вторую спал на твердой земле.
Вздохнул, надеясь, что Ривз ошибался. Ему не хотелось вновь спать в лесу. К тому же, последние года два все его путешествия заканчивались сражением или чьим-то спасением. В первый раз, когда на них напали разбойники, Ара испугался и растерялся. Хорошо, что рядом был Ривз, который прикрыл ему спину. По приезде они заселились в таверну, хозяин которой занимался работорговлей. Этот факт не сильно волновал Ару, но Ривз принял это близко к сердцу, да и учитель постоянно говорил, что он герой, избранный Богом и должен бороться со злом.
Скривился. Нервов это дело отняло много и оставило некрасивый шрам на его предплечье. Они освободили множество детей-сирот и женщин, которые должны были отправиться новым хозяевам и накрыли целую сеть торговцев. После жители города устроили настоящий пир, смотрели на Ару с восхищением и воздвигали почти в святые. Это приятно. Он даже не сильно жалел, что пошел на поводу у учителя.
Вот только сейчас идти куда-то не хотелось. Лето жаркое, пот с него лил сильно, лошади с характером и уставали быстро. К тому же в лесу сейчас много насекомых и животных. А еще придется какое-то время питаться мясом от убитых животных, картошкой и тем, что не быстро портилось. Не будет больших порций с жирным мясом, овощами и крупами, которые давали ему старые женщины.
Столько лишений ради чего? Ара не знал, поэтому очень надеялся, что они никуда в ближайшее время не поедут.
Однако его надежды не сбылись. Когда они вернулись с реки, готовые к обеду, то встретили учителя на пороге. Уже тогда Ара заподозрил неладное и замедлился. Учитель похоже заметил их приход, потому что повернулся, открывая вид на одного из рыцарей, который стоял в доме.
− Нам пора уезжать, − сказал учитель и проигнорировал тяжелый вздох Ары. Нахмурился, когда Ривз рассмеялся в кулак с того, что Ара закатил глаза. – Нас ждут в Цергее, точнее в монастыре святой Агаты. С тобой хочет встретиться Мама.
Ара нахмурился уже не из-за недовольства и предвкушения долгого путешествия. Теперь супился из-за упоминания Мамы. О ней он слышал уже несколько раз и помнил, с каким трепетом произносили это звание молодые девушки, которым довелось пожать ей руку. Знал и о том, что Папа почти никогда не встречался с Мамой и, вроде, даже ее недолюбливал. Однако это были лишь домыслами людей, которые произносились шепотом за закрытыми дверями.
Больше Ару удивило то, что Мама их ждала. Она обычно не встречалась с мужчинами, дала обет безбрачия и обещание сохранить девственность до самой смерти. Из-за этих обетов она никогда не оставалась с мужчинами наедине, не виделась с ними и не подпускала близко к монастырю.
− Когда отправляемся?
Ривз, как всегда, нарушил тишину первый. Ара этому не удивился, лишь покачал головой. Друг всегда был такой, слишком улыбчивый, слишком добрый, романтичный. Он все делал быстро и эмоционально, чем первое время раздражал Ару. Не ругались они только потому, что Ривз смотрел ему в рот и считал едва не самым лучшим и сильным. К остальному Ара привык быстро и сейчас даже мог сказать, что они друзья.
Учитель посмотрел на рыцаря в доме, потом на них.
