– Мне очень жаль, – произнес Филд, – но я ее не видел.
«Может, это был Обелиск? – подумал Олтмэн. – Да, но как такое возможно? Ведь Обелиск передает изображения только умерших людей, а Ада жива».
И тут кровь застыла у него в жилах. До Олтмэна наконец дошло то, что он знал уже некоторое время – после того, как увидел ее во сне. Ада была мертва.
Филд схватил его за рукав:
– Нужно уходить. Не знаю, сколько мы сможем удерживать их взаперти.
– Где Маркофф? – просил Олтмэн.
– Понятия не имею. Должно быть, он уже собрал вещички и смотался с судна. А может, он мертв. Лично мне все равно.
Олтмэн кивнул.
– Нам придется вернуться, ты же понимаешь, – сказал вдруг Филд.
– Что?
– Сейчас отправимся за помощью, а потом вернемся. Мы должны убедиться, что они не вырвутся оттуда. Необходимо защитить Обелиск.
Олтмэн следовал за Филдом вверх по лестницам, через ряд открытых отсеков, а затем по изгибающемуся коридору в центральный купол. Наконец они зашли в лифт, чтобы подняться на самый верх, но тот не сдвинулся с места.
– В чем дело? – спросил Олтмэн.
Филд покачал головой:
– Очевидно, мощности аварийного питания недостаточно. Придется подниматься самим. Идите первым.
Олтмэн закинул за спину плазменный резак и начал взбираться вверх по приставной лестнице, Филд лез следом. Лестница была узкой, расстояние между ней и стеной – маленьким, и Олтмэн очень быстро устал. Измотанный до предела недавними приключениями, он, чтобы не упасть, вынужден был сосредоточиваться каждый раз, когда ставил ногу на ступеньку. Филд, впрочем, чувствовал себя ничуть не лучше: он так тяжело, с такими хрипами дышал, словно вот-вот потеряет сознание.
– Эй, ты как? – не оборачиваясь, спросил Олтмэн.
– Жить буду, – пошутил Филд и хотел добавить что-то еще, но словно поперхнулся и резко замолчал.
Олтмэн поглядел вниз и увидел, что Филда душит нечто напоминающее беловато-серую змею или ожившую кишку. Одним концом оно крепко прицепилось к лестнице, вторым плотно обмоталось вокруг горла Филда. Бедолага пытался оторвать существо от шеи, одновременно стараясь удержаться за перекладину. Олтмэн закричал и начал спускаться на помощь коллеге. Тот отпустил перекладину, чтобы сражаться с тварью обеими руками.
Олтмэн находился уже совсем близко, он стал доставать резак, собираясь разрубить тварь пополам, но была одна проблема: Филд не держался за лестницу. Если он атакует тварь, Филд полетит вниз.
– Филд! – крикнул Олтмэн. – Хватайтесь за лестницу.
Но тот его, похоже, не слышал. Лицо бедняги побагровело, а из ушей сочилась кровь. Олтмэн вытянулся в струнку и со всей силы припечатал каблуком хвост твари, которым она прицепилась к лестнице. Тварь забилась под его ногой, но Филда не отпустила. Потом она резко дернулась, и вдруг голова Филда оторвалась от шеи, точно виноградина от ветки, и с глухим стуком упала на палубу далеко внизу. Обезглавленное тело, ударяясь то о стену, то о лестницу, камнем полетело вслед.
Олтмэн наблюдал, как тварь, извиваясь, быстро юркнула вниз. Оказавшись на палубе, она, не останавливаясь, такими же змеиными движениями заскользила к трупу Филда. С ужасом и отвращением Олтмэн увидел, как она проткнула живот и, трансформировав один свой конец в подобие копья, проникла под кожу. Медленно, вихляя туловищем из стороны в сторону, она проталкивалась в тело Филда. Живот его постепенно раздувался все сильнее, и наконец, изогнувшись в последний раз, существо полностью исчезло внутри трупа.
Олтмэна чуть не вырвало. Он крепко держался за перекладину и некоторое время просто смотрел вниз. Мог бы провисеть еще неизвестно сколько, но тут его как громом поразила мысль: «А что, если здесь есть и другие подобные гады?» Затравленно оглядываясь по сторонам, Олтмэн заставил себя продолжить подъем.
Наконец он добрался до люка, распахнул его и вылез на верхнюю палубу. Потом закрыл за собой крышку и тщательно проверил запоры. Олтмэн очень надеялся, что никаким существам не под силу их открыть, хотя стопроцентной уверенности не испытывал.
Олтмэн начал спускаться по сделанным в боковой стеклянной стене купола узким ступенькам. Они вели к лодочной площадке, о которую беспрерывно бились волны. Почти все моторки отсутствовали, осталась лишь одна. Олтмэн отвязал швартовы и забрался в нее.
Мотор завелся с пол-оборота. Только тогда Олтмэн наконец почувствовал, что у него действительно есть возможность выбраться из этого кошмара, есть шанс спастись.
Но потом он вспомнил о Филде. О Филде, который погиб, потому что не убежал, а дождался Олтмэна.
«Сейчас отправимся за помощью, а потом вернемся, – сказал он. – Мы должны убедиться, что они не вырвутся оттуда».
«Ну уж нет, – подумал Олтмэн, – с меня хватит. Я никуда не собираюсь возвращаться».
Внезапно он почувствовал, что находится в лодке не один. Кто-то был рядом, буквально за спиной, вне поля зрения. Олтмэну стало страшно. Он представил себе, как поворачивается и видит Филда. Голова его на месте, но еле-еле держится на шее и может отвалиться в любой момент.
– Привет, Олтмэн, – произнес кто-то.
– Филд, отстань от меня.
– Ты вернешься за мной?
