Но вот теперь группа религиозно настроенных ученых выступила с предложением ввести строгие правила насчет того, как следует изучать Обелиск. Допустимы, видите ли, могут быть только «почтительные взаимоотношения» с артефактом, и ничего такого, что могло бы ему навредить или заставить его думать плохо о человечестве в целом. «Нам нужно показать Обелиску, что мы его достойны, и тогда он станет нашим добрым наставником». Все это звучало как несусветная чушь, и Маркофф без малейших раздумий отверг просьбы адептов, но заставить людей молчать было не в его власти. Даже несмотря на то, что Маркофф категорически не принял выдвинутые предложения, в отношении находившихся на борту к Обелиску произошли ощутимые перемены. Похоже было, что большинство испытывает едва ли не священный трепет перед артефактом. Маркофф не мог скрыть изумления. Вокруг что-то происходило, и ему это не нравилось – на самом деле он никогда прежде не сталкивался с подобными вещами. Необходимо было срочно искать выход из ситуации.
Он вызвал по видеосвязи Крэкса. Тот откликнулся практически мгновенно – очевидно, сидел перед монитором и ожидал звонка.
– Вам удалось ознакомиться с материалом? – спросил Крэкс.
– Да. Какие будут рекомендации?
– Однозначный отказ рассматривать любые предложения. Стоит нам начать, и уже не остановимся. Они просто психи, и нечего церемониться с ними.
– На этом дело не закончится, – заметил Маркофф.
– Возможно. Но у нас есть оружие, а у них нет.
– Хорошо. Не теряйте бдительности.
Через два дня на связь с Крэксом вышел охранник, дежуривший в отсеке с Обелиском.
– Сэр, здесь ученые, – запинаясь, доложил он. На заднем плане Крэкс слышал многоголосый гул. – Они протестуют и не хотят уходить.
– Заставьте их убраться, – бросил Крэкс.
– Сэр, это не так-то просто. Их здесь очень много. Мы вынуждены были вызвать подкрепление. Что нам делать?
– Ничего не предпринимать до моего прибытия, – приказал Крэкс и прервал связь.
К тому времени как он появился в отсеке со своими людьми, ситуация обострилась. Ученые, возглавляемые невысоким толстяком по фамилии Филд, окружили Обелиск. Они взялись за руки и пытались удерживать охранников на расстоянии. Последние стояли, опустив оружие. У многих был совершенно растерянный вид.
– В чем дело? – с ходу спросил Крэкс. – Что произошло?
– Вам нужно спросить вот его. – Один из охранников показал на Филда.
– Хорошо.
Крэкс вытащил из кобуры плазменный пистолет и подошел к стоявшему среди других ученых Филду:
– Что все это значит?
– Вы получили наши требования? – спросил Филд.
– Мы с ними ознакомились, но не приняли.
– Здесь мы для того, чтобы охранять Обелиск, пока вы их не выполните.
– Значит, бунт? Можете не сомневаться: для вас это плохо кончится.
Несколько человек переглянулись и зашушукались. Крэкс, правда, ожидал, что таковых окажется больше. Филд вроде слегка занервничал, но голос оставался твердым.
– Мы делаем то, что считаем правильным.
– Правильнее всего будет разойтись по каютам.
– А вы тогда прислушаетесь к нашим просьбам? – спросил Филд.
Крэкс спокойно встретил его взгляд и сказал:
– Не задавайте вопросов о том, чего не понимаете. Я еще раз прошу вас покинуть отсек и разойтись по каютам.
Филд сглотнул слюну и покачал головой.
«Да, глядя на этого толстяка, и не скажешь, что он может быть таким непреклонным, – подумал Крэкс. – Вера творит с людьми удивительные вещи».
– Повторяю последний раз, – отчеканил Крэкс. – Больше упрашивать не буду.
Филд начал обильно потеть. Глаза его как будто потускнели, но выражение решимости их не покинуло. Он сжал губы в тонкую белую полоску и снова покачал головой.
Крэкс улыбнулся, приподнял пистолет и выстрелил Филду в ногу.
Толстяк, вопя от боли, кулем рухнул на пол, и в отсеке мгновенно воцарился хаос. Кто-то из ученых выстрелил, пучок плазмы пронесся совсем рядом со щекой Крэкса, подпалил ему волосы и угодил прямо в лицо стоявшему позади охраннику. Окровавленный и ослепленный, тот упал. Крэкс присел и выстрелил в ногу еще одному адепту. Вокруг занялась беспорядочная пальба.
Внезапно Крэкса осенила идея. Он направил пистолет прямо на Обелиск и нажал на спусковой крючок. На поверхности артефакта вспыхнуло и несколько секунд плясало голубое пламя.
Потом Крэкс метнулся к корчившемуся на полу Филду, опустился с ним рядом и повернул голову ученого, чтобы тот мог видеть Обелиск. А потом выстрелил еще раз.
– Нет! – пришел в неописуемый ужас Филд. – Вы его повредите! Не стреляйте!
– Велите им прекратить! – крикнул в ответ Крэкс. – Велите им бросить оружие и сдаться, иначе я прикажу всем охранникам расстреливать эту штуковину.
И чтобы подтвердить серьезность намерений, он выпустил в Обелиск третий заряд.
