Но там в полях черниговских Русь… дщерь младшая моя Василиса берет изниклый талый снег вербными дымчатыми ручонками прутиками ивовыми и кладет снег в гортань малую…
Дщерь не надо…
Слышишь дщерь моя младшая заблудшая в полях талых?..
Слышишь дщерь Русь сирота уже моя уже сирота малая?..
И будут на Руси сироты без отцов.
И будут на Руси жены без мужей.
И будут на Руси матери без сынов…
И будет Русь вдов…
Но ты слышишь меня мя дщерь дочь младшая моя?.. Не бери снег полевой в гортань в уста!..
…Тятя… тятенька я слышу последний глас твоя… Слышу, тятенька, тятя отец князь…
И тут что-то Василиса останавливается выпрямляется вырастает в поле… что-то слышит чует она… что-то снег из уст из рук из гортани непослушно неповинно льется на поля…
Что-то снег текуч плакуч льется из ранних талых русских лазоревых синь васильковых очей ея…
Что-то льется снег талый в черниговские талые талые извиклые поля…
…Дщерь… Не плачь…
И мертвый Святовитязь Князь Михаил Черниговский Христианин пал у Батыева Шатра…
Русь… Дщерь в талом поле… Сирота моя… Прощай!..
…О русский грешный человече человек
Дай в русском одиноком святом поле постоять…
…Осенний кроткий ветер тишайшую жемчужную кочующую сеть скиталицу пленицу полевую паутину нанес набросил на блаженного меня…
