Зато с тех пор их пролилось много. Но не по ней, а по Мэтти и из-за ужасающего осознания правды. В конце концов. Если она умрет, что с ним будет? Препараты химиотерапии высасывали из нее жизнь, отравляли, надеясь вернуть ей эту жизнь чистой, отполированной и без рака. Но это казалось таким маловероятным. От усталости она проваливалась в забытье, но мирно поспать удавалось крайне редко. Она держала глаза закрытыми, чтобы беречь силы и не моргать. Но грядущая судьба Мэтти была грузом, по сравнению с которым все остальное казалось пустяками. Она уже давно понимала, что нужно рассказать ему правду. Но как подобрать слова? И что будет с ее драгоценным сыном? Холодными белыми пальцами она сжимала красный молитвослов. Когда-то он принадлежал ее Нетти. На титульном листе она написала:
Но Элис ответ был нужен как можно скорее. Она готова на что угодно, лишь бы найти мужество и сделать то, что должна, пока еще остались силы. Она села в кровати и сжала веки так сильно, что в темноте вспыхнули серебряные звезды.
«
Начало положено. Элис повалилась обратно в мятые подушки. Завтра она поговорит с самим Богом. Мягкий сон затопил ее тело, принеся наконец долгожданный отдых.
Элвис и Китти Мюриэль помолвлены. Они стоят передо мной в очереди в магазине. На Китти Мюриэль обтягивающий топ с высоким горлом, который самым лучшим образом подчеркивает ее великолепный бюст. Ее груди напоминают пару спелых персиков в белом гамаке. А еще на ней очень блестящее помолвочное кольцо. Элвис одет в стиле Эррола Флинна – белая пиратская рубашка с оборками, черные обтягивающие джинсы и красные ботинки с длинными носами. И круглая серьга с бриллиантом. Когда я встала за ними в очередь, то не могла решиться, заговорить или нет. И не могу до сих пор. До этого я общалась с Китти Мюриэль трижды, очень поверхностно, и с каждым разом она восхищает меня все больше.
Вчерашняя встреча с Салли на кладбище лишила меня покоя. Не сказать, что у меня в жизни случился очередной «крутой поворот», но Салли возбудила мое любопытство, словно взбаламутив палкой застоялый пруд. Она соблазнила меня возможностями, неудобными и будоражащими (в данный момент я не уверена, что могу сказать, в чем разница). А теперь я столкнулась с женщиной, которой хочу стать, и готова отдать за это почти все. Я очень хочу поговорить с ней, но не представляю, что сказать, и ужасно боюсь сморозить какую-нибудь глупость, что вполне вероятно, потому что я слишком стараюсь придумать что-нибудь подходящее. Я очень рада, что пойду обедать с Эдмундом и Маркусом, их расцветающая любовь поможет мне отвлечься.
Очередь впала в оцепенение. Мужчина за кассой ждет, пока выяснится цена предмета без товарного кода. Девушка, которая пытается его купить, уверена, что на него полагается скидка. Вышеназванный предмет – упаковка ежедневных прокладок с крылышками, и все дожидаются администратора, чтобы уточнить правильную цену. Уверена, Леди Т. не одобрила бы столь публичное обсуждение предмета женской интимной гигиены – кассир поднимает упаковку вверх на всеобщее обозрение. Но потенциальную покупательницу это совсем не смущает. Остальная очередь томится у нее за спиной, слишком апатичная, чтобы выражать нетерпение или беспокойство. Я всматриваюсь в их профили (или макушки, смотря кто как стоит) и вдруг понимаю, что никто из них не выглядит счастливым. Никто, кроме Элвиса и Китти Мюриэль. Элвис заботливо обнимает Китти за талию, а ее рука игриво лежит у него ниже спины. Это левая рука, и на ней прекрасно видно помолвочное кольцо. Элвис влюблен. Он весь взбудоражен. Настолько, что, когда Китти сжимает чуть сильнее, чем следует, у него из рук выпадает бутылка с газировкой, и содержимое разливается по всему полу, весьма изящно разрешив мою проблему с темой для разговора. Я промокла насквозь. Леди Т. считает, что «некоторые везучие люди с рождения одарены прекрасными манерами», и Китти явно из таких. Она рассыпается в извинениях перед всеми в очереди, особенно передо мной. Она обнимает меня, как давно потерянного друга, и предлагает крошечный кружевной платочек, от которого толку не больше, чем от мешка с песком в цунами.
– Мне ужасно жаль! – похоже, она искренне переживает. – Надеюсь, это отстирается, и настаиваю: я оплачу счет за прачечную.
