— Я и не предлагаю. Мне нужно посмотреть на старые книги, куда клиентов записывают. На какой день, час, к какому мастеру.
— Да ладно, не надо денег, — пожала плечами Натали. — Пойдемте со мной за ту занавеску.
Безо всяких проволочек Василиса получила в свое полное распоряжение драгоценные книги. Усевшись за маленький столик, она принялась выписывать визиты трех убитых секретарш в последний месяц жизни каждой из них.
Потом выскочила на улицу и бросилась к телефону-автомату.
— Арсений! — возбужденно закричала она. — Потрясающая находка! Ну-ка скажи мне, в какие дни были убиты секретарши? Давай месяц и число по всем трем случаям!
Кудесников послушно продиктовал числа.
— Невероятно! Ты должен увеличить мой гонорар.
— А что ты нашла? — спросил хронически недосыпавший, а потому хронически раздраженный Арсений. — Спиннинг с катушкой лески, от которой маньяк отгрызал куски? И отпечатки его пальцев на удилище?
— Если ты стоишь, то сядь.
Кудесников закряхтел, как заржавевшая дверь.
— Сел, — наконец сообщил он.
— Я обнаружила стилиста, который делал прически всем трем секретаршам за несколько часов до их гибели!
— Это Арнольда, что ли?
Василиса сдулась, как шарик.
— Так ты уже знаешь? — разочарованно протянула она. — Мог бы поделиться информацией.
— А тебе зачем? Только голову забивать.
Ты давай работай на своем участке. Что ты делала, кстати, в той парикмахерской?
— Тебе в жизни не догадаться, — буркнула Василиса и с размаху повесила трубку на место.
Раздосадованная, она вылетела из-под пластикового колпака и врезалась не в кого-нибудь, а в Шувалова, который неторопливо шествовал по тротуару.
— Ой! — оторопела Василиса. — Игорь Михайлович! Что вы тут делаете?
— Тут — это где? На улице?
— Ну да. У вас ведь машина есть.
— Я живу неподалеку, — повел тот бровями. — Иногда оставляю машину на стоянке и иду пешком. Полезно для здоровья. А вы сделали новую прическу.
— Польщена, что вы заметили. — Василиса нарисовала на лице очаровательную улыбку.
— Заметил? От вашей головы идет такой запах, как будто ее неделю вымачивали в шампуне.
Василиса задушила улыбку на корню и противным голосом сказала:
— Ну, до завтра. Я ужасно спешу.
Она развернулась и пошла в сторону метро.
Шувалов двинулся следом, беззастенчиво рассматривая ее ноги.
«Интересно, и часто он здесь прогуливается? — размышляла между тем Василиса, кожей чувствуя, что ее с пристрастием изучают. — Что, если он вот так, тихим ходом, шел себе по улице, потом натыкался на очередную секретаршу, в мозгу его происходило помутнение, он следовал за ней и душил в подходящем месте? А мотив? Мотив, мотив… О! Может, ему не нравится запах парикмахерской?»
Когда вечером Василиса рассказывала Кудесникову о том, как прошел день, тот больше всего заинтересовался Княжским.
— Сколько ему там? Двадцать два года? И его возмущает легкомыслие женщин? Занятно.
В двадцать два года я благоговел перед женщинами. А уж если они были хорошенькими и стреляли глазками по сторонам, то сердце мое просто пело от восторга. Я бы мог стать рабом любой из них, только пальцем помани. Знаешь что, Василиса, позли-ка его завтра.
— Каким образом? Сделать ему непристойное предложение?
— Выбери момент, когда он будет рядом, и поприставай к какому-нибудь мужчине. Посмотри, как Княжский среагирует. Если он и в самом деле не одобряет всех легкомысленных женщин, а не только тех, которые нравятся ему, он плохо среагирует. Ты должна проследить за его реакцией.
— Послушай, Арсений, а тебе не кажется, что за такую работу ты мне слишком мало пообещал? Я бьюсь как муха на крючке за какую-то штуку баксов.
— Хочешь сказать, что за кокетство следует доплачивать отдельно?
Они еще некоторое время препирались.
Победил, как водится, скаредный Кудесников.
Вздохнув, Василиса положила трубку и отправилась ужинать. По дороге она подрулила к зеркалу и критически оглядела себя с ног до головы. «Вполне милое существо! — подумала она. — И почему это Шувалов до сих пор не у моих ног?»
Укладываясь в постель, Василиса представляла, как мог бы Игорь Михайлович потерять от нее голову. Вот он, то краснея, то бледнея, стоит перед столом в приемной и мямлит что-то насчет доклада. Василиса смотрит на него ласково и даже чуть-чуть покровительственно. Ведь его мужское счастье в ее руках! Она уснула с улыбкой на устах и утром жалела, что во сне не последовало продолжения сцены.
Шувалов из плоти и крови разительно отличался от Шувалова воображаемого. Едва Василиса положила сумочку на стол, как он появился в приемной, благоухая нелетней свежестью. «У него холодное сердце и холодный ум, поэтому жара на него не действует», — решила Василиса, вполуха слушая, что он ей говорит.
— Если будут вопросы, можете зайти.
Он скрылся в кабинете, добавив к стопке внушительную порцию свежеисписанных страниц. Наверное, работал ночью. Василиса представила, как он сидит в своей квартире за письменным столом, забавно ероша волосы.
Если бы она была рядом, то сделала бы ему чаю. Подошла бы сзади, обняла двумя руками, прижалась сильно-сильно…
