Розовый алмаз... Нежно-розовый... Кристалл кубический с характерной штриховкой... Вес... Так, размером он примерно сантиметр на сантиметр... Нет, больше... Удельный вес алмаза, кажется, около 3,5... Значит, весит этот кристаллик где-то четыре грамма или двадцать карат... Но эта муха... Крылышки, глаза фасеточные, ноги – почти все видно...
Нет, я сплю... Не может находиться обычная комнатная муха внутри кристалла, рожденного при огромных давлениях и температурах. Крупные алмазы образуются в трубках взрыва[1] на огромной глубине... Или при столкновении небесных тел, в частном случае – больших метеоритов с Землей, короче, там, где мухе делать нечего.
А цвет? Розовых алмазов в природе не бывает, по крайней мере, я о них не читал и не слышал. Фотографии красноватых, правда, видел в буклете, но их окраска не была такой ровной и сочной. И кубический по форме, не октаэдр. И грани ровные, точно приполированы...
Нет, это не алмаз... Искусственное что-то. Не кажется он земным и естественным. Но стекло режет легко... Значит, твердость его выше пяти по минералогической шкале Мооса. Что бы еще поцарапать? Надо посмотреть внизу на серванте – может быть найдется что-нибудь подходящее в моей коллекции кристаллов? Кажется, там было что-то твердое.
Выпив стаканчик домашнего вина собственного изготовления, я спустился из мезонина в комнаты и к своей великой радости (не все дочь растащила по углам!) нашел на полочке плохонький, но корунд и плашку великолепного голубого топаза. Корунд – это полуторная окись алюминия, почти то же самое, что сапфир и рубин. Это их бедный родственник, не получавший в детстве диетического питания с добавлением благородных ионов либо титана, либо хрома[2]. Но твердость по десятибалльной шкале Мооса у него такая же, как и у богачей, девятка. У топаза она равна восьми[3].
Мой розовый алмаз спокойно и без напряжения процарапал на их боках по глубокой черте.
"Значит – это все-таки алмаз... – подумал я, охваченный некоторым душевным расстройством. – И теперь ты не успокоишься, пока во всем этом до конца не разберешься..."
Мне было от чего расстраиваться. Во-первых, в обществе, в котором я имел честь существовать, розовый алмаз, да еще с включением в виде мухи, несомненно, стоил во много раз дороже моей жизни. Ну, конечно, не по моей оценке или оценке близких мне людей. Во-вторых, очень не хотелось опять закапывать грабли: в этом году я взялся, наконец, выращивать артишоки и они грозились получиться вполне удачными. Да и баклажаны-красавцы было жалко бросать – сожрут их слизни. А этот алмаз... Розовое, холодное пламя. Холодное, обжигающее, неземное. Как он завораживает своим волшебным блеском! Гипнотизирует, все внутри переворачивает. Он теперь прикует все мои мысли. Уже приковал. "Что, слабо разгадать мою тайну? – спрашивает он волшебными переливами света[4]... И эта дурацкая муха внутри уставилась прямо в глаза... Точно, думает: «Теперь ты мой, весь мой – и кровь, и плоть, и поступки – все мое. Все сделаешь, что захочу». Вот блин, неужели у меня на лбу написано, что я дурак? И ничего не стоит толкнуть меня на глупости, то есть деяния несовместимые с моральным кодексом строителя развитого капитализма?
– Да, нет, ты не дурак, – вдруг ответила муха. Не словами ответила. Просто дала знать. Вставила в затуманенный алкоголем мозг. Вставила и, сделав небольшую паузу, продолжила:
– А чтобы ты делал глупости с умом, я скажу, что с тобой произошло. Ты просто-напросто начал раздваиваться! Ты вошел в мой алмаз и скоро разделишься надвое, как луч. Разделишься на двух Черновых. Один из них станет нормальным человеком, а второй ударится во все тяжкие, ох какие тяжкие...
– Чушь какая-то! Разделюсь на двух Черновых. Что я тебе, электромагнитная волна?
– А ты не знал? Все на свете имеет волновую природу. Это научный факт. Разница между всем сущим лишь в длине волны.
– Не знаю, раздвоила ты меня или не раздвоила, но с ума свела точно. Сам с собой разговариваю... И чего, собственно, тебе от меня надо? Чего ты вообще добиваешься?
– Скоро узнаешь, – сказала муха голосом, шедшим как бы из будущего, из будущего, в котором все уже исполнилось. – Сейчас я могу лишь сказать, что тебя ждут необыкновенные, опасные приключения, и что вернешься ты на круги своя совсем другим человеком... И не придавай значения моим словам о раздвоении. Это я для...
Я не дослушал. На душе стало противно, и рука нервным движением спрятала алмаз в коробочку. Не люблю самоуверенных насекомых. Ну, ее к черту. Надо же, довела до галлюцинаций. Хорошо еще, что тещи с Ленкой нет, а то бы давно уже в психбольнице перед внимательным врачом мялся.
