– Нет, - уверенно ответил он, - я для себя решил, что лучше не жить, чем жить под чьей-то крышей, работая на него, вверяя ему свою судьбу и платя ему еще за это деньги. И когда была какая-нибудь дилемма, я ехал на встречу, и мне было неважно, скольких людей я там встречу. Говорил: «Денег не будет! Жизнь моя стоит рубль. Хотите - возьмите». Они понимали, что тут ничего не выйдет. Такая у меня психология. А так как в Москве тогда им многим можно было заняться, они меня оставляли в покое. Такой проблемный клиент никому не был нужен.
Я предложила поговорить о чем-нибудь хорошем, а то уж как-то очень страшно выглядели будни бизнесмена девяностых годов. Агаларов согласился и подвел меня к огромному длинному столу заседаний, на котором стоял огромный макет его стройки - гостиница, небоскребы, подземные трассы. Он рассказал мне о жилом доме, который построил в центре Москвы. Тот считается одним из самых лучших жилых домов в центре, купить квартиру там невозможно не только для человека со стороны, но и даже для жильцов дома. Было похоже, что если ему представится возможность еще построить что-нибудь интересное в Москве, то он не преминет ею воспользоваться.
Когда мы затронули тему торговли люксом, то Агаларов оценил количество покупающих предметы роскоши в нашей стране примерно в несколько сотен тысяч человек, что, по его мнению, несколько больше, чем в Нью-Йорке или Париже.
У него нет партнеров по бизнесу, разве что его собственный сын Эмин, который, вернувшись из Америки, возглавил в компании у отца направление торговли люксом. И опять последователи классической школы американского менеджмента возмутились бы, считая, что с родственниками и друзьями работать нельзя.
– Это благоприятное стечение обстоятельств, - убедил меня в своей правоте Агаларов. - В течение многих лет торговлей люксом у нас руководили менеджеры. Со временем они потеряли энтузиазм, начали заниматься своими делами, и торговля увяла. И как раз в это время Эмин переехал из Нью-Йорка в Москву. В Америке у него был свой сайт, он торговал русскими сувенирами, плакатами, матрешками, шкатулками. Этот сайт был успешным. Он торговал и часами. В Москве у нас было несколько часовых магазинов, где он собрал большую коллекцию хороших отечественных и к тому же недорогих часов, которые продавались хорошо. Но он видел, насколько я занят. Строились объекты, надо было развивать модный бизнес, встречаться с модными марками. И я ему сказал, что приветствую его желание начать с нуля и идти дальше. Я ему объяснил, что жизнь - она относительна. Можно начать с нуля и достичь того, чего я достиг в моем возрасте. А можно взять мое и достичь еще больших результатов. Я решил ему отдать все, что связано с люксом, с модой, марками. Там он полностью самостоятелен, сам принимает все решения, со мной не советуется. Мне повезло. Он даже в чем-то превосходит меня.
Я посетовала на моральный облик российских бизнесменов в отношении девушек. Так, многие известные бизнесмены перемещаются по миру в окружении стайки молоденьких фотомоделей.
– Я не отягощен этими проблемами, - категорично высказался Агаларов, - может быть, из-за моей предыдущей жизни. Думаю, что человек отличается от животного тем, что помимо физиологического должен быть и моральный контакт.
Я заподозрила Агаларова в известном недуге всех бизнесменов - трудоголизме и спросила, что он будет делать, если его не будут пускать в офис по выходным.
– Пойду на свою стройплощадку как посторонний, - сказал мне этот счастливый человек, который любит свою работу, - чтобы еще раз убедиться, что получилось так, как я хотел.
Но по поводу счастья у него своя точка зрения.
– Счастье - это ощущение внутреннего комфорта. Это не определяется достатком. Можно быть несчастным с огромными деньгами и счастливым в полной нищете. Если вы сами собой довольны: никогда в жизни не струсили, поступали правильно, не допускали того, за что вам было бы стыдно по своему внутреннему кодексу чести.
