Клеопатра побрела в гардеробную. Ей захотелось надеть что-нибудь очень красивое. У этой жалкой женщины много платьев – какое из них самое лучшее? Ага, вот это – шелковое, цвета нежной розы, с легкими кружевными оборками. Клеопатра вынула его, просунула руки в рукава и быстро застегнула на груди маленькие крючки. Платье прекрасно облегало грудь, у него была прелестная пышная юбка, хотя теперь необходимость скрывать ноги отпала.
Клеопатра надела сандалии.
– Куда ты собралась?
– В город, на улицу. Это Каир. Почему бы мне не пройтись по городу?
– Мне нужно поговорить с тобой…
– Поговорить? – Она взяла в руки полотняную сумочку. Краем глаза увидела блестящие серебристые осколки бутылочного стекла на мраморном туалетном столике. Большой осколок от бутылки, которую она разбила.
Она лениво двинулась к столику, пошарила рукой среди валявшегося на столе жемчуга. Бусы она тоже прихватит с собой. Конечно же Рамзес поплелся за ней.
– Клеопатра, взгляни на меня, – попросил он.
Она резко обернулась и поцеловала его. Неужели его так легко одурачить? Да, губы его выдавали. Как восхитительно он страдает! Склонившись к его плечу, Клеопатра схватила большой осколок стекла, размахнулась, полоснула Рамзеса по горлу и отступила назад.
Рамзес стоял и пристально смотрел на нее. По его белой рубашке струилась кровь. Но он не испугался. Он даже не пошевелился, чтобы остановить кровь. Его лицо оставалось печальным, страха не было.
– Я тоже не могу умереть, – едва слышно сказал он. Клеопатра улыбнулась.
– Тебя тоже кто-то поднял из могилы? – И она снова набросилась на него, лягаясь и царапаясь.
– Остановись, умоляю тебя!
Коленом она ударила его между ног. Эту боль он почувствовал, о да. Он согнулся пополам, и следующий удар Клеопатра нанесла по затылку.
Перебежав через двор, она зажала сумочку в левой руке, а правой ухватилась за стенку ограды. Еще секунда – и она, перемахнув через ограду, помчалась по узкой темной улице.
За несколько минут она добежала до автомобиля. Сразу же нажала на педаль газа, подав топливо в двигатель, и машина, взревев, выскочила из переулка на широкую улицу.
Ветер снова дул в лицо. Свобода! И власть над этим огромным железным зверем, который подчиняется ее командам.
– Отвези меня к ярким огням британского Каира! – приказала она. – Мой милый маленький зверь. Да!
Центральная гостиная отеля Шеферда. Отличный джин из бара, обильно сдобренный льдом, с ломтиком лимона. Он был благодарен за то, что ему позволили насладиться джином. Он стал пьяницей. Интересная мысль пришла ему в голову: когда он вернется в Англию, он будет пить беспробудно и сопьется до смерти.
Неужели они никогда не оставят его в покое? Неужели они еще не поняли, что он ничего им не скажет? Они смотрели на него как манекены, их рты кривились, словно кто-то дергал за проволоку. Их жесты казались неестественными. Даже симпатичный маленький мальчик, который ходил взад-вперед со льдом, казалось, играл в какую-то дурацкую игру. Все – сплошная фальшь. Гротескные фигурки, снующие по вестибюлю; мелодия, льющаяся из баров и бального зала, звучит так, словно музыканты играют сегодня в преисподней.
Иногда слова, которые они произносили, теряли всякий смысл. Эллиот понимал каждое слово в отдельности, но общий смысл не улавливал. Мертвые мужчины со сломанными шеями. Неужели она проделала это за то короткое время, пока он отсутствовал?
– Я устал, джентльмены, – наконец сказал он. – Здешняя жара убивает меня. Сегодня я очень неловко упал, мне нужно отдохнуть. Позвольте мне пойти к себе номер.
Двое мужчин посмотрели друг на друга. Пародия на огорчение. Здесь все нереально. А что реально? Руки Клеопатры, сжимающие его шею; человек в белом, хватающий ее со спины.
– Лорд Рутерфорд, речь идет о нескольких убийствах. Теперь ясно, что резня в Лондоне была только началом. Мы просим вас о сотрудничестве. Эти двое молодых людей, которых убили сегодня днем…
– Я же сказал вам, что ничего об этом не знаю. Чего вы хотите от меня, молодые люди? Чтобы я рассказывал вам сказки? Это абсурд.
– Вы не знаете, где можно найти Генри Стратфорда? Он приходил к вам сюда, в отель, два дня назад.
– Генри Стратфорд посещает самые гнусные уголки Каира. Он гуляет в одиночестве по ночным улицам. Я не знаю, где он. Пусть ему поможет Бог. А теперь мне в самом деле надо идти.
Эллиот поднялся со стула. Куда подевалась эта треклятая трость?
– Не пытайтесь уехать из Каира, сэр, – сказал тот, что помоложе, надменный, с приплюснутым носом. – Ваш паспорт у нас.
– Что?! Это неслыханно, – прошептал Эллиот.
– Боюсь, то же касается и вашего сына. И мисс Стратфорд. Я уже забрал их паспорта у портье. Лорд Рутерфорд, мы должны выяснить истину.
– Вы идиот! – заявил Эллиот. – Я британский подданный. Как вы смеете так обращаться со мной? Вмешался второй мужчина:
