В конце визита Уолтер сказал, что через пару дней семья будет передана федеральным маршалам. Он не знал, в какую безопасную гавань их доставят маршалы; никто из оперативной группы не должен был этого знать. Доминик и Дениз начали понимать, в какой изоляции они окажутся, когда Уолтер сказал, что дальнейшие контакты между ними и их новыми друзьями из правительства, даже телефонные звонки, будут организованы через маршалов.
Затем Уолтер пригласил всех на ужин в ресторан в соседнем городке. Они погрузились в две машины и выехали из кемпинга, когда началась снежная буря. Доминик был с детективами, а дядя Арти, Дениз и дети - с Уолтером. На межштатном шоссе Доминик смотрел в зеркало заднего вида ведущей машины, когда фары машины Уолтера исчезли из виду.
"Остановитесь, повернитесь, они разбились!"
Уолтер налетел на ледяную глыбу и заскользил по ней. Доминик и остальные вернулись и увидели, что все в порядке. Дети смеялись, потому что Уолтер сказал, что просто тренировался в уклонении от вождения. Доминик улыбнулся Уолтеру. "Я же говорил, что я в твоей команде, не надо угрожать моим детям".
На парковке ресторана, после трапезы, детективы построили детям снеговика, и все кидались друг в друга снежками. "Будет дерьмово отдать этих людей маршалам", - сказал Ронни Фрэнку. "У нас тут стокгольмский синдром, заложники и их похитители стали одной счастливой семьей".
Семью перевернули на парковке ресторана Howard Johnson's, расположенного вдоль автострады. Дети начали плакать, да и взрослые тоже. Марина Монтильо, которой еще не исполнилось и трех лет, была слишком мала, чтобы писать, но Камари и Доминик-младший подарили детективам стихи и искусно оформленные открытки. "Розы красные, фиалки синие, вы милые друзья, и мне жаль вас терять", - написал Камари. Послание Доминика-младшего было таким же откровенным, как и у его отца: "Я люблю тебя".
ГЛАВА 25.
Зоомагазин Уолли
Федеральные маршалы, которые, как правило, действуют по правилам, нежели ФБР, сопровождали воссоединившуюся, но едва оправившуюся семью Монтильо в безымянный город в совершенно незнакомом регионе страны. Четвероклассница Камари, остроумная девочка из Южной Калифорнии, начала чувствовать себя подавленной, когда их самолет опустился в ясное небо; на многие мили вокруг она видела лишь пшеничные поля. Доминик и Дениз старались поддерживать в детях бодрость духа, но и они чувствовали себя выброшенными на другую планету.
Маршалы помогли им найти квартиру, а затем дали пару сотен долларов, несколько фальшивых удостоверений личности и номер телефона, по которому можно позвонить, если понадобится дополнительная помощь. Предполагалось, что Доминик будет работать, что было чуждой идеей в течение многих лет, но он устроился на работу по погрузке и разгрузке грузовика с пепси-колой. Дениз присматривала за Мариной и пыталась начать домашнее хозяйство с нуля. Камари и Доминик-младший поступили в государственные школы; она подралась с местными олухами, которые воткнули палки в спицы его нового велосипеда. За короткое время все стали совершенно несчастными.
Но они держались. Доминик держал свое слово и старался быть хорошим мужем и отцом. По ночам он также начал делать то, что собирался сделать еще во Вьетнаме, - писать об этом. Поскольку во время прогулок по Беверли-Хиллз он случайно познакомился со многими представителями кинобизнеса, то выбрал для себя форму сценария. Первые слова, которые он написал, вдохновленный эффектом лунного света на влажную вьетнамскую растительность, были: "Стеклянные джунгли".
Начав, он уже не мог остановиться. Он закончил работу за два месяца и отправил ее по почте армянину, который знал одного кинопродюсера. Наслушавшись голливудских ужастиков в "Дейзи", он опасался, что его работу могут украсть, поэтому сначала зарегистрировал ее в американском бюро авторских прав. Вряд ли кто-то попытался бы украсть фильм; хотя в некоторых сценах он пронзителен и умен, это была сырая любительская работа. Маловероятно также, что по ней когда-нибудь снимут фильм, не так, как она закончилась.
Это была мрачная история о ветеране Вьетнама, удостоенном высоких наград, который возвращается домой в Нью-Йорк и становится бомжом. Его начинают мучить кошмары с расчлененкой, он попадает в госпиталь для ветеранов и влюбляется в медсестру. Бобби Руссо (фамилия была старым псевдонимом Нино) приводит себя в порядок, но один из наркоторговцев заявляет, что он должен ему деньги. Между ними завязывается драка; толкач достает нож, но Бобби убивает его свинцовой трубой. В ресторане "Хикори Пит" он говорит медсестре, что это была самооборона, но полиция никогда в это не поверит. Когда детективы Фургола и Кордол приближаются к нему, он прыгает с крыши. Головой вперед. Конец фильма.
