Он нарезал хлеб и поставил чайник. Потом они с Пушком поужинали, и после этого Тиббе пошёл в комнату и уселся перед печатной машинкой.
«Может, у меня всё-таки получится написать про эту странную девушку?» – подумал он.
Сегодня примерно в пять часов вечера на Зелёной площади овчарка погналась за девушкой. В панике та взобралась на один из вязов, растущих на площади, но поскольку побоялась самостоятельно спуститься, я любезно предложил ей помощь. После чего незнакомка продолжила свой путь и скрылась в саду, протиснувшись между прутьями изгороди.
Тиббе перечитал заметку. Вообще-то она получилась уж очень короткая. И что-то подсказывало ему, что главный редактор скажет: «Это же снова про кошек!»
Надо было всё переделать. «Съем-ка сначала мятную конфетку, – решил Тиббе. – Тогда и работа пойдёт быстрее».
Он поискал конфетки на столе. «Странно, – подумал он, – у меня ведь была ещё не начатая упаковка».
– Пушок, ты не знаешь, куда подевались мои мятные конфеты?
– Мрр-мау, – сказал Пушок.
– Ясно, ты тоже не знаешь. Что такое, хочешь на улицу? Прогуляться по крышам?
Тиббе открыл окошко на кухне, Пушок быстро выскочил на крышу и исчез в темноте.
Дождик всё ещё моросил, в кухню ворвался холодный ветер.
Тиббе вернулся к пишущей машинке. Он заправил в неё чистый лист бумаги и начал писать заново.
В то время как Тиббе сидел у себя на чердаке и ломал голову над заметкой, странная незнакомка была совсем недалеко.
Она пряталась в кустах в саду через две улицы от дома Тиббе. Наступил вечер, стемнело. К тому же поднялся сильный ветер и в саду было сыро после дождя.
И вот именно там на своём чемоданчике сидела незнакомка. Она долго молчала, а потом тихонько мяукнула. Сначала ей никто не ответил, и она мяукнула ещё раз. И вдруг со стороны дома раздалось:
– Мяу…
Из темноты показалась старая чёрная кошка. Вид у неё был невероятно важный. Она медленно подошла ближе, но остановилась на некотором расстоянии от кустов.
– Тётушка Муртье… – шёпотом позвала девушка.
Старая кошка зашипела и попятилась.
– Теперь я вижу, кто это… – сказала она. – Ты!
– Вы меня ещё помните, тётушка Муртье?
– Разумеется. Ты – Мурлин, моя племянница с улицы Королевы Эммы.
– Да, тётушка. Я слышала, что вы тут живёте, и решила прийти.
– Я всё уже знаю, – взволнованно перебила её старая кошка. – Кошки только об этом и говорят. Как это могло произойти, Мурлин? Ты забыла, из какой ты семьи?
Мы же самый знатный кошачий род в Киллендоорне! Что скажут твои ближайшие родственники?
– Они знать меня не желают, – тихо сказала девушка. – Говорят, я сама виновата. Моя родная сестра повернулась ко мне хвостом…
– Тс-с-с, – шикнула тётушка Муртье. – А как ты хотела? Ты, верно, сотворила что-то ужасное, раз тебя так наказали. Превратиться в человека! Какой кошмар! Я бы и за тысячу канареек не согласилась стать человеком. Признайся, без колдовства не обошлось?
– Я не знаю, – пожала плечами Мурлин.
– Но ты же должна знать, как это произошло!
– Я только помню, что вышла из дома кошкой, а вернулась уже человеком.
– Уму непостижимо, – возмутилась тётушка Муртье. – И всё равно дело тут в тебе. Ты, наверное, сделала что-то совершенно не кошачье! Говори же честно, что это было?
– Я ничего не делала. Ничего такого…
– Да ты ещё и в одежде… – поморщилась старая кошка. – Она на тебе так и была? Прямо сразу?
– Одежда… нет, я её стащила, – призналась девушка. – Не могла же я бродить по улицам голышом.
– Гадость какая! Да ещё и чемоданчик… – снова зашипела тётушка. – Он-то тебе на что?
– Тоже взяла с собой…
– А что там внутри?
– Пижама, халатик. Зубная щётка. И ещё полотенце и мыло.
– Ты же не хочешь сказать, что теперь не моешься языком?
– Больше не моюсь…
– Ну, тогда всё пропало, – вздохнула старая кошка. – У меня ещё была какая-то надежда, что это поправимо. Но теперь я вижу, что дело совсем плохо.
– Тётушка Муртье, я ужасно проголодалась. У вас не найдётся чего-нибудь поесть?
– Прости, у меня нет ни крошки. Сегодняшнюю вечернюю порцию сухого корма я уже съела. А хозяйка у меня уж очень аккуратная. Следит, чтобы миска была чистая. Если что остаётся – сразу прячет в холодильник.
– Она добрая? – спросила Мурлин.
– Конечно. А почему ты спросила?
– Может, она и меня возьмёт к себе?
– Нет! – испуганно воскликнула тётушка. – Как тебе в голову такое пришло, дитя моё? Ты забыла, как ты выглядишь?
– Но мне нужен дом, тётушка. Как же я смогу без крыши над головой? Вы не знаете, где тут можно поселиться?
