Борис Карлов
МУРЗИЛКА ПРОТИВ ТЕХНОПУПСОВ
Сказочная повесть из цикла "Приключения Мурзилки"
Глава первая
Большой человек в Японии
Кабинет господина Хиромото Мисимы находился на сто сорок четвёртом этаже самого высокого здания на побережье. Здесь было просторно, словно в спортивном зале, пусто и одновременно изыскано. Единственным бросавшимся в глаза посетителю украшением здесь было цветущее возле самого рабочего стола дерево сакуры, которое никогда не сбрасывало розовых лепестков и не увядало, потому что было искусственное. На одной из веток сидел большой говорящий попугай, тоже искусственный, знавший наизусть Конфуция и древнюю японскую поэзию. И если г-н Мисима, которого за глаза называли Техно сан, о чём-то спрашивал попугая, тот неизменно откликался столь многозначительной цитатой, что хозяин ещё долго после этого сидел в глубоком раздумье.
С восточной стороны из огромного - от пола до потолка - окна открывался вид на Тихий океан. И когда солнце начинало клониться к западу, г-н Мисима любил, развернувшись в своём кресле, смотреть на его простор и подкрашенные закатом перекатывающиеся барашки пенистых волн.
Второе, западное, окно давало возможность обзора береговой линии. Здесь находились пассажирский порт, яхт-клуб, золотистые пляжи и комфортабельные отели. Когда к пристани причаливал большой корабль, Техно сан поворачивался к стоящей на треноге подзорной трубе и разглядывал сходивших на берег пассажиров.
Через третье окно, выходившее на север, весь, как на ладони, был виден его родной город Кусимото. Подобно гигантскому термитнику, город находился в беспрестанном движении. Автомобили и скоростные электропоезда носились по серпантинам многоярусных магистралей, ныряя в тоннели и взлетая на высотные эстакады. Г-н Мисима редко поднимал штору жалюзи над этим окном, потому что был уже в возрасте и не любил городской суеты.
Но живую природу он тоже не любил. Стараниями его кибер-дизайнеров в центре кабинета был сооружён видимый, но неосязаемый сад камней, в котором был и журчащий ручеёк, и мхи, и большие лягушки, грузно перепрыгивающие с кочки на кочку. И если хозяину приходила фантазия слегка размяться, он поднимался из кресла и прогуливался вокруг своего сада, вдыхая его искусственные запахи и прислушиваясь к его синтезированным звукам.
В этот день г-н Мисима наблюдал за сходившими на берег пассажирами с особенным вниманием. Едва заметив среди цветистых рубах и белых панамок клетчатый пиджак, он сразу выделил физиономию "клетчатого" крупным планом. Худощавое лицо, длинный нос, темные очки, глубоко посаженная шляпа.
- А вот и вы, мистер Снейк, - удовлетворённо прошептал Техно. - Точны как всегда... когда речь идёт о миллионах.
Мисима поднялся и, заложив руки за спину, неторопливо обошёл свой благоухающий оазис, собираясь с мыслями. Затем он сел за стол и цокнул языком - сад исчез вместе с ветерком, запахами и звуками. На его месте из пола выдвинулся вполне материальный пластиковый совещательный стол со всеми положенными принадлежностями и двумя десятками стульев.
Кабинет мгновенно преобразился, даже воздух в нём сделался более сухим и прохладным. В этом кабинете господин Мисима подписал не один десяток многомиллионных контрактов и уволил н один десяток своих заместителей. Он легко, словно играючи, перемещал из одного конца планеты в другой целые предприятия, покупал и продавал городские кварталы, одним росчерком пера решал судьбы тысяч людей, как будто это были камешки для игры в го. Он давно уже ощущал себя чем-то большим, нежели просто человек.
А ведь ещё совсем недавно, каких-нибудь сорок или пятьдесят лет назад, он был слабым, болезненным мальчиком из бедной рыбацкой семьи, обитавшей тут же, на пустынном тогда еще океанском побережье...
______________
Маленький Хиромото не любил свою семью простолюдинов. Наблюдая за жизнью местных богачей и проезжавших мимо бездельников-туристов, он втихомолку перенимал у них манеры и привычки, их презрительное отношение к беднякам, принюхивался к запахам их духов и дезодорантов. В лачуге его отца, окружённой рыболовными сетками, где жили ещё пятеро его младших братьев и сестёр, ни чем хорошим никогда не пахло.
До самого поступления в школу Хиромото держался особняком от других детей. Их примитивные игры его не увлекали, а болтовня только раздражала.
Как-то раз он нашёл на берегу дохлую крысу. Мальчик выпотрошил её, словно рыбу, и высушил н солнце. Затем набил сухими водорослями и зашил ниткой.
С этого времени и надолго мёртвая крыса сделалась любимой игрушкой маленького Хиромото. Уже тогда он начинал испытывать неприязнь ко всему живому.
