В старинном студенческом городке на юго-западе Германии происходит загадочное убийство… Убит профессор Веронези – глава одного из факультетов прославленного университета и ученый с мировым именем. Кто может быть замешан в этом таинственном преступлении – коллега профессора, тайно завидующий более чем стремительной карьере Веронези, быть может, преступником является участник одного из тайных студенческих союзов, в котором состоял убитый и где, как известно, «бывших не бывает»? Что стоит за этой поистине странной историей: месть, ревность, зависть университетских коллег профессора, или же все дело в его последней научной работе по Лоршским Евангелиям, над которой Веронези работал в последние дни своей жизни? Анна и Януш фон Армансберг – ученики профессора Веронези, верные его памяти, – берутся за это расследование…MUSEUM – первый роман пятилогии о захватывающих приключениях Анны и Януша, двух молодых ученых-историков из Гейдельберга и отчаянных любителей детективов.
Музей есть не собрание вещей, а собор лиц;
деятельность его заключается не в накоплении
мертвых вещей, а в возвращении жизни останкам
отжившего, в восстановлении умерших,
по их произведениям, живыми деятелями.
Июньским вечером 2010 года я стояла с чашкой горячего кофе на просторной террасе своей новой квартиры, прислушиваясь к поющим на все лады припозднившимся птицам и вглядываясь в ломаные очертания Старого города, знакомого до последнего рыжего кирпичика
Подобно немедленно ожившей цитате из немецкой романтической поэмы – в духе
«Не пылит дорога, не дрожат листы. Подожди немного, отдохнешь и ты…» – не об этом ли было произнесено великим поэтом?
Мне же эти сумеречно-рыжие и оранжево-золотистые пятнышки редких вечерних огней старого замка, пробивающиеся сквозь конусы кипариса, которым была уставлена вся терраса, напомнили о шкуре леопарда, словно бы наброшенной на один из пологих замковых склонов.
Мельком поглядывая на отражение монитора в наливающемся кобальтовой мглой стекле раскрытого окна, ведущего на террасу, не слишком внимательно слушала я последние новости, одновременно припоминая недавний разговор с Янушем фон Армансбергом…
– …Послушай, Януш, ты не мог бы оказать мне невероятную любезность и перестать называть его
Януш примиряюще улыбнулся и наконец замолчал.
На столе стояли две недопитые чашки кофе, а на самом краю лежал подарок Януша из цветочного магазина
Что ж, Януш знает мои консерватoрские вкусы! Пора домой.
В окно кафе залетал прохладный ветер, Италию сменил хороший, настоящий американский джаз сороковых, и, как всегда бывает при смене музыкального фона, внезапно изменилось и мое, без того склонное к внезапным импульсам, настроение. Позвольте, а чего же еще ждать от девушки, окончившей университет и консерваторию, ценящей поэзию вагантов[6], любящей Скрябина и Рахманинова, Блока и Булгакова, Басё и Сэй-Сёнагон вкупе с «Непрошеной повестью» – пятью свитками-дневниками известнейшей японской поэтессы и придворной дамы XIII века Нидзё?.. Признаюсь, ее очаровательная, трагическая, не завершенная и предельно откровенная «Непрошеная повесть» в прекрасных переводах И. Львовой и А. Долина – удивительное сочетание дневникового, интимного и повествовательного жанра
О, как же меня завораживало то «бликующее марево старого Востока», чарующая атмосфера размеренной и предельно ритуализированной придворной жизни, которую я тогда себе рисовала и героиней которой являлась сама:
