Югославское правительство и пресса возложили на Венгрию ответственность за смерть короля Александра. Союзники по Малой Антанте — Чехословакия и Румыния, — а также Франция их решительно поддержали. Но Италия стала на сторону Венгрии. Проведенное французской полицией расследование доказывало вину Павелича, и французские власти начали в Турине процесс его экстрадиции. Муссолини выступил против выдачи террориста. Югославия, Чехословакия и Румыния обратились в Совет Лиги Наций, требуя, чтобы против Венгрии были приняты какие-нибудь санкции. 19 ноября Гранди сообщил Саймону, что, если страны Малой Антанты нападут на Венгрию, Италия станет на ее защиту.
Охваченный страхом возможности новой европейской войны, весь мир ждал решения этой проблемы на Совете Лиги 7 декабря 1934 года. Первая мировая война была вызвана убийством австрийского принца на Балканах, в Сараево. Не приведет ли убийство балканского короля в Марселе к началу Второй мировой войны? Напряжение возросло еще больше после того, как югославское правительство выслало венгерское население из югославского края Воеводина.
Но, как заявил в Праге британскому послу министр иностранных дел Чехословакии Бенеш, «большие войны начинаются не действиями малых держав, а вмешательством великих». Италия и Франция не хотели воевать друг с другом, поэтому угрозы Бенеша и югославского министра иностранных дел в Женеве никакого значения не имели. Идеи был назначен посредником и использовал свое влияние для того, чтобы погасить накал страстей. Малая Антанта поносила Венгрию, но по поводу Италии выражалась гораздо мягче. Югославия прекратила выселение венгерского меньшинства, а венгерское правительство, в свою очередь, признало, что некоторые его чиновники проявили небрежность, позволяя хорватским усташам действовать на их территории, и пообещало их наказать. К Рождеству кризис миновал.
Муссолини не взволновала эта ситуация. Он доверительно говорил своим министрам и генералам, что никакой опасности возникновения военных действий между Венгрией и Югославией нет. Он решил начать войну на совершенно другом континенте.
1 февраля 1934 года Муссолини сообщил генералу Де Боно, что намеревается покорить Эфиопию, которую в Британии, а иногда и в Италии все еще называли по-старому — Абиссинией. Эфиопия — единственное государство в Африке, за исключением Республики Либерия, которое не было ни колонией, ни протекторатом какой-либо европейской державы. Это была отсталая страна, во многих ее областях еще процветало рабство. И ситуация подталкивала к тому, чтобы какая-нибудь европейская страна начала оказывать помощь в ее экономическом развитии. Итальянцы присматривались к Абиссинии с 1880-х годов, но их осторожные попытки захвата были отражены победой войск императора Менелика в 1896 году под Адовой.
Муссолини мог бы помогать экономическому развитию Эфиопии, не завоевывая ее. У него сохранились дружеские отношения с эфиопским негусом (императором) Хайле Селассие еще с 1924 года, когда тот останавливался на вилле Торлониа. Так что негус приветствовал бы такую помощь Италии своей стране. В XIX веке итальянцы побаивались, что, если они не покорят Абиссинию, ею завладеют Англия или Франция и воспрепятствуют экономическому внедрению Италии на Африканском континенте. Но в 1934 году Муссолини прекрасно понимал, что нет никакой угрозы завоевания Эфиопии ни Англией, ни Францией, ни какой-либо другой европейской державой. Муссолини намеревался завоевать ее, потому что хотел видеть Италию империей. Он напоминал итальянцам о славе древнего императорского Рима. В «Энциклопедиа Италиана» он написал, что «фашистское государство есть желание власти и силы. Согласно фашистской доктрине, империя — это понятие не только территориальное, военное или коммерческое, но также духовное и моральное». Он видел в империализме логическое продолжение национализма. В 1914 году он отверг социалистический интернационализм, так как осознал, что массы скорее вдохновляются призывами о национальном превосходстве, чем призывами к интернациональной солидарности. Муссолини знал, что итальянский народ живо откликнется, если он скажет, что сделает
Весной 1934 года итальянцы зачитывались романом «Черная любовь» — о любовной связи молодого итальянца и черной девушки. Муссолини запретил этот роман, который был тут же изъят из обращения. Он объявил барону Помпео Алоизи, главе своего кабинета, а также недавно назначенного итальянским делегатом в Лиге Наций, что запретил эту книгу, потому что тема сексуальных взаимоотношений между итальянцем и негритянкой «недопустима для нации, желающей создать империю в Африке».
