В новом мире Пирса Энтони «Мут» сосуществуют два типа людей: люди нормальные и мутанты. Мутации же бывают двух видов: собственно мутация — физическое уродство, искажение внешнего облика; и пси-сила — какое-нибудь исключительное свойство мозга, функция организма внешне вообще не заметная.Главный герой, Нетт, является двойным мутантом: у него есть физическая мутация — небольшая несимметричная деформация рук, и сила пси — способность заставлять других людей забывать его.Нетт вполне доволен своей судьбой, пока в его жизни не появляется прекрасная Ловка, чтобы завербовать его в опасную галактическую миссию. Ей помогают два маленьких животных-мутанта: телепатическая ласка и ясновидящий краб. Нетт пытается сопротивляться, опираясь на своё пси, но красота женщины и пси-факторы животных обрекают его на феноменальное приключение.
Нетт спал всегда на левом боку. В детстве он пробовал и другие позы, но уже давным-давно отказался от этого как от бесполезного предрассудка. Нормальная симметричная поза была для нормальных симметричных людей.
Он перекинул правую ногу через край гамака, готовясь встать. Помедлил, как всегда, чтобы посмотреть на неё. Это была замечательная, большая, сильная нога с шестью правильной формы пальцами. Нога почти не мутировавшего человеческого существа.
Он поставил её на пол, слегка качнув сетку. Встал и потянулся. Его левая нога была заметно меньше по размеру, недоразвитая, всего с четырьмя пальцами, но вполне пригодная. Его ноги отличались по длине, но он научился компенсировать это, так сгибая при ходьбе правое колено, что при этом почти не хромал. Таким же образом у него отличались и руки, равно как и уши, словно бы у природы иссяк исходный материал в тот момент, когда она создавала его. Часто ему хотелось перераспределить свою плоть: чтобы палец переместился с одной руки на другую, чтобы некоторые мышцы и кости передвинулись в другое место. Но он тогда напоминал себе, что с той поры, как начались физические мутации, его случай был ещё одним из самых лёгких. Он мог, одевшись соответствующим образом и приложив соответствующие усилия, сойти за нормального человека.
Здесь, в приюте, делать так он не пытался; его состояние являлось преимуществом, которое он старался сделать более заметным.
Нетт натянул свою одежду, которая была пошита с учётом его физического строения. В приюте был великолепный портной: это служило источником личной гордости Нетта, работой которого было делать назначения, что было отнюдь не простым делом. Этот приют оценивался как один из лучших, и в значительной степени — благодаря профессиональному мастерству Нетта.
Он вышел в общий холл. Рассвет снаружи был великолепен; голубое солнце планеты Нельсона пробивалось сквозь зелёный утренний облачный слой, вызывая сильные восходящие потоки воздуха, которые вскоре очистят небо. Вечером процесс пройдёт в обратном порядке, с видимыми нисходящими воздушными течениями и конденсацией испарившейся за день влаги. Нетт, подобно большинству живущих здесь, был очарован этими природными цветовыми представлениями. Ни одно из них не повторяло другого; узоры и цвета менялись бесчисленными легчайшими вариациями, и эти шоу использовались для развлечения, художественного вдохновения, заключения различного рода пари. Их голографические записи экспортировались в коммерческих целях.
Но сейчас ему было не до того, чтобы праздно проводить время; подошло время его завтрака, а администратор кают-компании сердился, когда нарушался нормальный распорядок.
У администратора было четыре глаза. Все они вперились в Нетта, когда этот человек нахмурился.
— Вы прошли проверку в офисе? — Говорил он с некоторым трудом, так как языков у него было тоже два.
— Да, прошёл, — сказал Нетт, принимая такую позу, что костюм подчёркивал несимметричность его фигуры. При этом никто не смог бы по ошибке принять его за нормального. — Вот моя карточка.
Администратор проверил карточку.
— Очень хорошо. Проходите, получите в раздаче свой рацион и садитесь за зелёный стол. Вы способны воспринимать цвета?
— Да — правым глазом, — сказал Нетт. — Левый — монохромный.
— Как только обоснуетесь здесь, пересаживайтесь за красный или голубой стол к подходящей для вас группе, — сказал администратор. — Но вновь прибывшие должны есть в одиночестве до тех пор, пока мы не узнаем их лучше. Люди у нас здесь очень разные, но мы — лучший приют в этом районе космоса, и мы не любим неприятности.
— Понимаю, — смиренно сказал Нетт. — Я буду стараться вести себя подобающим образом.
Он вошёл внутрь, внутренне улыбаясь. Он проделывал этот ритуал с администратором каждое утро в течение года — и с его предшественником в течение двух лет до того. Нетт переполошился бы, если этот человек когда-нибудь узнал его.
