— Да сдался мне твой остров… — Оксана опять зевнула и встряхнулась. — Будто своей земли нету. Вон ее сколько! Бери не хочу. Остров… Нашел дуру. Возьми землю, так на ней сеять придется… Не умеешь ты завоевывать сердце девушки. Я такой подарочек хочу, чтоб ни у кого не было, чтоб все от зависти сдохли.
Переводчик стал почему-то говорить тише, чуть ли не шептать что-то американцу, косясь на Оксану. И чем больше шептал, тем сильнее тот вдохновлялся и, можно сказать, расцветал. И наконец выдал гнусавую фразу на английском, но заманчивым тоном.
— А хочешь черевички? — повторил интонацию переводчик. — Я читал русскую литературу, Гоголя… И там есть одна история. Могу добыть тебе черевички, которые носила царица Екатерина!
— Ксана, не ломайся! — несколько растерянно заметил Дременко и показал кулак переводчику. — Он же тебе остров предлагает, дура! Царские черевички!
— Тату, ну зачем мне это старье? — задумчиво спросила Оксана. — Ничего себе — Екатеринины… Да я у любого контрабандиста нынче еще красивее куплю, такие, что и царица не носила…
Джон послушал переводчика и отчаянно заблистал глазами:
— Ты измучила меня, русская леди. Скажи сама, что ты хочешь? И всякое твое желание я немедленно исполню! Что ты хочешь?
Она тяжело вздохнула:
— Откровенно сказать, я и сама не знаю, что хочу! Видишь, а ты ничего такого придумать не можешь. Фантазии у тебя нема… Что я хочу? Ладно, если ты такой недогадливый попался. Если бы я согласилась замуж за тебя, то вот бы что… То из своего села никуда не поехала бы. А ты бы, Джон, остался жить здесь.
— Зачем здесь? — испугался Тарас Опанасович. — Смеешься, что ли?
— Конечно же, тату, смеюсь. Не обращай внимания. — И прошептала: — Я его сразу хочу под каблук загнать.
— Это ничего, — с опаской согласился отец. — Гляди не переборщи…
— Нет проблем, — сказал переводчик. — Сегодня же я получу двойное гражданство. Пришлют по факсу.
— Какое? Двойное? А пошел ты со своим двойным! Чтоб бегал туда-сюда, туда-сюда? Свалил к себе за океан и оставил молодую жену! А я сиди и жди опять? В твоей вилле? — Оксана вдруг захлопала в ладоши. — Знаю, что хочу! Придумала! Хочу, чтоб ты стал москаль! Ну, или хохол, мне все равно. Чтоб не говорили, что пошла за американца по расчету!
Сова тут уже не выдержала и брякнула сквородкой на плите:
— Ну вот что ты мужика дразнишь? Мне уж его стало жалко! Что ты его наизнанку-то выворачиваешь? Если сама замуж не хочешь за него?
— Хочу со всех сторон поглядеть, — бездумно расхохоталась та. — Интересно же! Я своих мужиков с изнаночной видела, а американских еще нет.
— Ну ты и стерва, Оксанка! — не сдержалась бабка. — Бедный Юрко…
Похоже, смех строптивой леди был расценен положительно и дал надежду.
— Я сейчас же откажусь от американского гражданства! И получу российское! Или украинское. У меня есть такие возможности. Мне только нужен аппарат космической связи.
— Вот, правильно, — одобрила Оксана. — А то будешь всю жизнь своему президенту звонить да меня ракетами пугать Что бы еще такое попросить? По-русски ты у меня
быстро заговоришь, это можно и не просить. Звать я тебя стану просто Ваня. Так, что бы еще? Ага! Матушку свою в Россию не возить, я свекровок не люблю. Начнет еще жизни учить…
— Все будет исполнено, богиня, как ты велишь! — клятвенно произнес переводчик. — Никогда не увидишь ни мамы, ни папы… Хотя у него очень много родственников. И очень богатых родственников.
— Пусть деньги шлют, а сами не ездят.
— Он так и передаст!
Оксана мечтательно уставилась в потолок:
— Ну, пить ты и так не будешь… Что касается полноты, то я люблю стройных мужчин. Да ты тут особенно-то не разъешься… Вот беда, случай представился, а попросить нечего! Ладно, Ваня, на сегодня хватит. Остальное завтра придумаю и скажу. Вот если бы ты еще сказал, как Юрко, — ба-тур тыала хотун, тогда бы вообще вопросов не было. А пока что от манды кель.
— Он сделает все, что пожелает его избранница! — заверил переводчик. — Но эти слова невозможно перевести — ба-тур тыала хотун. Это какой язык?
— Шаманский…
— Мистер Странг непременно его изучит! А сейчас ему нужен космический аппарат. Господин егерь, немедленно доставьте мистеру аппарат.
— Добре, — осторожно сказал Дременко, много чего не понимая из того, что происходит. — Только ты не обижайся, Елизавета Трофимовна. Американца у вас пока оставлю, а оружие заберу. Так, на всякий случай.
— Что ты, сват? По какому праву? Трехлинейку уже забрали, у деда наган отняли!
— Незаконное хранение. И ради безопасности нашего гостя!
— Да что мы ему сделаем? Мы же операцию вон провели…
— Мало ли что… Изымаю! — И покатил пулемет к украинской двери. — От греха подальше. И от соблазна.
Но тут заметил на дедовой половине автомат прихватил и его, а потом еще достал из-под лавки авоську с
гранатами Ф-1.
— Ну вот на что вам столько оружия? — спросил. — Против кого? Конфисковываю. Будто бы добровольно сдали. Бумаги потом напишем.
