Рядового Мустафина переодели в шмотки дяди Федора, который был с ним похожей комплекции. Ему тоже определили задачу по уходу за раненым товарищем, но, пока, под пристальным присмотром Василия. Парень с радостью согласился. Он вообще как-то ожил. Особенно после того, как мы накормили его и сержанта нормальной едой.
Кстати о еде. Теперь у нас была настоящая повариха в лице Катерины. Уж не знаю как, но она умудрялась из простого набора продуктов приготовить натуральные шедевры кулинарии. Дар у нее такой полезный оказался. Так, что у нас с дядей Федором забот поубавилось. И прибавилось времени для планирования дальнейших наших шагов.
— Нормальные вроде парни, — сказал сосед, когда мы встретились на лестничной площадке. Решением нашего домашнего министра здравоохранения, мне теперь нельзя было курить в собственной квартире. Дым вредил ребенку.
— К чему тогда был этот допрос? — Искренне изумился я.
— К тому, что теперь к каждому нужно подходить с такими мерками, — строго ответил он. — Любой незнакомец теперь — враг. Времена доверия и либерализма прошли. И я хочу, чтобы ты, как глава нашего прайда, усвоил это. От твоих решений будут зависеть жизни людей. Женщин и детей. Они тебе доверяют, и ты не имеешь права подвергать их опасности, боясь кого-то обидеть. Если к нам прибились люди, они могут втереться в доверие, а потом ограбить тебя или убить. Ты, когда видишь кого-то нового, представь, что этот человек на твоих глазах насилует Катю и маленькую девочку. А ты его впустил. Поверил.
— Но эти-то кому тут угрожают? Дохляки оба, соплей можно перешибить. — Я понимал его правоту, но сдаваться как-то не хотелось.
— Конкретно эти, может, и не будут насильничать. Пока ты ходил за водой, я перекинулся с ними парой слов. Выяснил, что они планируют пробиваться к своей части, когда все уляжется, — сообщил дядя Федор. — Оставаться тут, в их в планы не входит. А теперь давай подсчитаем по-быстрому, сколько они сожрут, пока сержант выздоравливает?
— Мустафина заставим трудиться на благо общества. — Я уже мысленно пристраивал татарченка к нашей группе. Тем более военный мехвод всяко будет полезен. — Отработает за двоих.
— А если откажется? — Не унимался старый полковник. — Пошлет тебя нафиг? Что будешь делать?
— Выгоню к едрене фене, — ответил я уверенно. Тут никаких червей сомнения меня не грызло. Кто не снами, тот может катиться на все четыре стороны.
Дядя Федор смотрел на меня пристально, словно пытался прочесть мои мысли.
— И больного выгонишь?
— И больного. Я не такой идиот, каким, возможно, кажусь. Я понимаю, что для пользы дела придется принимать жесткие решения. Я даже Василия бы вышвырнул, если бы он не стопанул с бухлом.
Тут в глазах соседа появилось искреннее удивление.
— Ну, что ж, раз так, то пойдем обрабатывать нашего нового компаньона.
Рядового мы нашли у постели больного товарища. Они о чем-то разговаривали. Причем вдвоем. Василий куда-то подевался, что дяде Федору явно не понравилось. Но вслух он своего негодования не выразил, за что ему спасибо.
— Как самочувствие? — спросил он у сержанта.
— Чуть получше, — ответил тот. — Я хотел извиниться за резкость. Фигово себя чувствовал.
— Извинения приняты, — кивнул сосед. — А теперь к делу. Мы с компаньоном посоветовались и пришли к общему выводу, что вам сейчас рано куда-то идти. Согласны?
Оба кивнули.
— Но наши запасы не безграничны, вы понимаете, о чем я?
Опять кивок.
— Я готов подсобить, чем смогу, — уверенно сказал рядовой. — Только скажите, что делать.
— Это хорошо. Только вы должны учитывать, что вас двое, — продолжал дядя Федор. — И тебе Ильгиз придется вкалывать за обоих. Скажу сразу, жизнь сделала сальто и приземлилась неудачно. Конкретно сейчас она стоит раком. И нам нужно многое сделать, чтобы не стоять так же.
Вот тебе и старый чекист! Философствует будь здоров, когда надо. Оба солдата поняли его грубую метафору. Что подтвердили еще одним синхронным кивком. — План на сегодня — вскрытие еще двух квартир на четвертом этаже. Там двери посложнее, но нам нужны эти помещения. В одном из них будет генераторная. Нужно будет придумать что-то с шумоизоляцией и выводом скрытого выхлопа. Эту задачу я возлагаю на Данилу, но Ильгиз без дела не останется.
— А вторая квартира зачем? — спросил я, не ожидавший постановки такой задачи.
— Та, что надо мной имеет один из двух балконов на весь дом, — ответил дядя Федор. — Есть смысл устроить там скрытый наблюдательный пункт. Увеличить площадь обзора. По внешним задачам, пока, ничего нет. Нужно время, чтобы осмотреться. Бой только что закончился. Возможно, мимо поедет военная колонна, и тогда мы с вами распрощаемся. Силой держать не будем.
— А можно с ними как-нибудь связаться? — спросил вдруг сержант. — У вас же есть радиостанция?
— Есть, но мы экономно ее гоняем — приходится беречь аккумуляторы. — ответил дядя Федор. — В основном помехи на всех частотах. Последний уверенный сеанс связи у нас был вчера вечером. — Это он про майора.
Солдаты задумались. Впрочем, эта информация конкретной пользы для них сейчас не имела.
