– Других вариантов я не вижу. – Кивнул он утвердительно. – Только им следовало идти дальше. Национализировать все частное имущество – я имею в виду продуктовую торговлю – и начать откупоривать Росрезерв. Нужна настоящая гуманитарная помощь, а эти кретины заперлись и готовятся защищаться с помощью армии.
Он покачал головой и стал разливать самогон по лафитникам. Мы выпили. Огненная вода уже не так обжигала. Закусили и какое-то время молчали. В голове уже прилично шумело и меня, который раз, подмывало спросить, кем был мой сосед до пенсии. Получалось, я совершенно ничего о нем не знал. Даже возраст его был мне не ясен. На вид, чуть за пятьдесят. Но сколько на самом деле…
– По поводу моих планов, почему ты спросил? – прервал я затянувшуюся паузу.
– А мне стало интересно, что думает делать такой гарный хлопец в условиях Великой Жопы? – засмеялся он, но сразу посерьёзнел. – Ты говорил, что увлекаешься стрельбой. И что стволами владеешь.
– Так точно. Владею. – Я припомнил, как хвастался своей «свинаркой», в день приобретения. Не скажу, что его вопрос меня не насторожил.
– А стреляешь хорошо?
– Девять из десяти с двухсот метров. С коллиматором и с упора.
– В ростовую?
– В нее самую.
– Не заливаешь?
– Никак нет.
– Это хорошо, – уважительно кивнул сосед. – А в подвижную мишень?
– Там похуже. Но с семидесяти уверенно.
– А из АК? – Он хитро прищурился.
– Примерно так же. Может чуть хуже. После моей «арки» привыкать приходится. А что за интерес? – не удержавшись, спросил я.
– Простой интерес, – ухмыльнулся он. – Хочу, знаешь ли, понимать, что, в случае чего, в этом доме есть на кого положиться. Давай выпьем за плавный спуск и легкую мишень.
Мы выпили. Такой тост мне слышать еще не приходилось, но мне понравилось. Кедровый самогон постепенно обволакивал мысли, делая их ватными. Какое-то время мы болтали ни о чем. А потом тема, сама собой, вернулась к ситуации за окном.
– И когда мы увидим на наших улицах броню? – спросил я.
– Думаю, к концу недели. Может в пятницу. – Он вновь ответил с подозрительной уверенностью.
– Дядя Федор, ты из ФСБ? – спросил я в лоб. А чего тут тянуть? Хочешь спросить, спрашивай. Он же не стесняется задавать мне почти интимные вопросы про мои отношения со стрелковым оружием.
Он поднял на меня свой изрядно помутневший взор.
– Я все ждал, когда ты спросишь. Да, я имею отношение к этой структуре. Тридцать лет прослужил отечеству и теперь почиваю на заслуженной пенсии.
– Понятно. – Я кивнул. – А чего не продолжил? Ты же не старый еще. В каком звании уволился?
– Мне шестьдесят три. – Сообщил он. – Для оперативной работы староват, а задницу просиживать не умею. Ты, вот, тоже на месте с трудом усиживаешь. А мне несколько лет пришлось привыкать просыпаться спозаранку, чтобы сидеть дома. Пришлось купить гараж, чтобы чем-то себя занять. Ну и так, по мелочи подрабатывал.
– Только не говори, что охранником в магазине. Не поверю.
– Не в магазине, – засмеялся дядя Федор. – В общем, от дел я почти отошел, но связи наверху остались.
– Та самая птичка?
– Она самая.
– А что еще она напела? – поинтересовался я, не особо надеясь на ответ.
– Этой информации присвоен гриф секретности. Даже мне всего никто не скажет, – ответил он. – Но я умею читать между строк. Я был неплохим специалистом в этой области. А моя птичка, между этих строк, умеет помещать суть. Или тень сути. Все, что я узнал, позволило сделать неутешительный вывод. Ввод армии в города – не самая большая проблема. Сама армия тоже испытывает недостаток личного состава. Люди там тоже болеют. Так вот, если темпы развития заразы будут сохраняться, то в скором времени Мир изменится до неузнаваемости. Весь Мир.
– И что делать?
– Организоваться. Нужно место, где можно оборудовать автономный анклав. А еще нужны люди, для работы и охраны. А охранять придется крепко. И не только от мутантов. Точнее, не столько от мутантов, сколько от людей.
– Каких еще людей? – Я, против воли, икнул.
– Таких, что будут стремиться выжить, не считаясь с моралью. – Твердо ответил он. – Велика вероятность, что все донные отложения общества, скоро всколыхнутся на поверхность. Весь сброд будет сбиваться в стаи. У них это всегда хорошо получалось. Производить что-то или тратить силы на добывание ресурсов эти люди не будут. Зачем мучиться с добычей еды, когда ее проще отобрать у слабого противника. Поэтому нужно стать противником сильным. Реально сильным. А для этого нужно уметь принимать сложные решения. Такие, что не укладываются в современные понятия о гуманности. Но тут важно не утратить видимость грани дозволенного.
Я с трудом улавливал смысл произносимых слов. Видимо самогон так действовал. Но общая канва сказанного была мне понятна.
– Где найти место для этого… анклава? Уезжать из города? – спросил я.
