– Меня зовут Лондон. Я режиссёр порнофильмов. Только я снимаю не просто секс. Я снимаю секс с убийством. Настоящим убийством. Я полностью посвятил себя этому жанру. Мои фильмы – это шедевры, а сам я – гений. Смекаешь? Пока я жив, этот жанр будет развиваться. Я не отдаю эти фильмы никому. Это мой личный архив. Конечно, если бы я работал с кем-нибудь в команде, то мне не приходилось бы ТАК находить себе актёров. Было бы легче и безопаснее. Но, работая в команде, нужно быть полностью уверенным в партнёрах, с которыми сотрудничаешь. А я ни с кем не общаюсь, потому что никому не доверяю. Я один такой. Усёк? Я стараюсь продумать всё до самых мелочей.
Что? Зачем я снимаю такие фильмы? А потому, что мне так нравится, я хочу. Понимаешь, своими фильмами я двигаюсь сразу же в нескольких направлениях. Я крутой! В первую очередь – я развиваю этот жанр и создаю историю. А во вторую… Ты посмотри, кого я убиваю в своих фильмах. Это же чернь! Они даже толком не могут свои мысли выразить без мусора. Понимаешь? Такие делают всё, чтобы жизнь стала как можно хуже. Эти люди заставляют деградировать реальность. Они выродки! Ты здесь ещё?
Этот бык… Он же забирает деньги у тех, кто слабее его! Тупой идиот! Его легко было заманить, на него я, кстати, так же, как и на таксиста, набрёл случайно. Пошёл покупать диски для своих фильмов, а продавец-то – то, что надо! Дав ему листок с адресом, я был уверен, что он придёт на дело с ним, чтобы лишний раз не запоминать ненужные ему цифры и буквы. Хорошо. Кому-то одной зацепкой меньше. Прибыв на место, я сразу же увидел его возле дерева. Как только я оставил своих главных героев наедине, я пошёл, включил камеры, подождал несколько минут и впустил этого дебила.
Шлюху было заманить сложнее всего. Она была дотошной. Когда я её увидел, то сразу понял, что именно она мне нужна. У неё были такие шлюховские глаза и лицо с проблядью… Но ведь она мечтала о прекрасной жизни. Увидев её, я сразу всё продумал. Я понял – уговорю её, замучу всё дело. Я ей наплёл, что в голову пришло, прикинь! Правда, чуть не прокололся: хотел сказать, что когда снимают крупные извращённые планы, то некоторые зовут шлюх. Она бы всё не так поняла. Кто в наше время не знает, как снимается порнуха? Тупица, поверила во всё. Даже не обратила внимания на мои пробелы в некоторых вопросах.
А таксист – вообще находка. Мне повезло с ним. Алкаш старый. Тебе не интересно, что ли? На меня смотри. Эй! Держи себя в руках, ты же мужик. Сознание не теряй! Слушаешь? Я могу продолжать? Ой, спасибо, что уделяешь мне своё драгоценное время. Урод!
Всем троим нужны были деньги, таким людям деньги нужны всегда, понимаешь? Они все дешёвки, и это большой шанс для меня, которым я всегда пользуюсь. Им нужны деньги – я предлагаю лёгкую работу. Всё.
Отсняв свою картину, я обыскал трупы, всё, что надо, уничтожил. Трупы я обычно сжигаю вместе с их реквизитом, кого-то просто закапываю в лесу. И каждый раз всё больше и больше убеждаюсь, что их никто не ищет. А кому они нужны? Сам подумай! Но! К ним ко всем я отношусь как к актёрам, а актёру же просто за счастье умереть на сцене, на съёмочной площадке.
Этот фильм я назову «Кровавое такси», но сначала, конечно же, я его смонтирую. Как я гениально выбираю ракурсы для съёмок, да? Ну скажи же! Возможно, я захочу сделать трилогию. Я – золото! Веришь? И пока меня не поймают, я буду творить. Снафф! Сна… Ты умер уже, что ли? Эй, подружка, – Лондон повернулся к клетке с девушкой. – Ухажёр-то твой – слабак, оказывается! Ладно, придётся тебе слушать сказку на ночь. Расскажу тебе о своих достижениях, детка. Так и быть уж, уговорила.
Он подошёл к клетке, в которой сидела зарёванная полуголая девушка, открыл ключом дверцу, вытащил за волосы жертву и посадил рядом с трупом.
– Вот когда я снимал «Обнажённое расчленение» – это было шоу…
Вот так всё начиналось – тривиально и грустно: меня бросила девушка, уволили с работы и поставили на бабки буквально не за хуй.
По телевизору говорили, что маленькая Варя умрёт от лейкоза, если ей не сделают дорогую операцию; в каком-то супермаркете террористы взяли в заложники покупателей; где-то разбился пассажирский самолёт…
Безусловно, это горько осознавать, но только тогда, когда у тебя больше нет проблем в этой жизни. А у меня они есть. И мне глубоко похуй на теракты, несчастные случаи и Варю, потому что если я не найду бабки к завтрашнему дню, то сам стану умирающей Варей в пассажирском самолёте, захваченном террористами, который вот-вот распидорасит собой небоскрёб.
Я брёл с работы, как в очко обиженный, не зная, куда податься. Я думал, шеф разрулит мою проблему, но после того, как он узнал о нашем сексе с его дочкой в его машине… Потом в его доме, потом в его офисе, потом в другой его машине.
