Этот фильм я назову «Кровавое такси», но сначала, конечно же, я его смонтирую. Как я гениально выбираю ракурсы для съёмок, да? Ну скажи же! Возможно, я захочу сделать трилогию. Я – золото! Веришь? И пока меня не поймают, я буду творить. Снафф! Сна… Ты умер уже, что ли? Эй, подружка, – Лондон повернулся к клетке с девушкой. – Ухажёр-то твой – слабак, оказывается! Ладно, придётся тебе слушать сказку на ночь. Расскажу тебе о своих достижениях, детка. Так и быть уж, уговорила.
Он подошёл к клетке, в которой сидела зарёванная полуголая девушка, открыл ключом дверцу, вытащил за волосы жертву и посадил рядом с трупом.
– Вот когда я снимал «Обнажённое расчленение» – это было шоу…
Вот так всё начиналось – тривиально и грустно: меня бросила девушка, уволили с работы и поставили на бабки буквально не за хуй.
По телевизору говорили, что маленькая Варя умрёт от лейкоза, если ей не сделают дорогую операцию; в каком-то супермаркете террористы взяли в заложники покупателей; где-то разбился пассажирский самолёт…
Безусловно, это горько осознавать, но только тогда, когда у тебя больше нет проблем в этой жизни. А у меня они есть. И мне глубоко похуй на теракты, несчастные случаи и Варю, потому что если я не найду бабки к завтрашнему дню, то сам стану умирающей Варей в пассажирском самолёте, захваченном террористами, который вот-вот распидорасит собой небоскрёб.
Я брёл с работы, как в очко обиженный, не зная, куда податься. Я думал, шеф разрулит мою проблему, но после того, как он узнал о нашем сексе с его дочкой в его машине… Потом в его доме, потом в его офисе, потом в другой его машине.
В итоге статья с увольнением в трудовой книжке мне была обеспечена. Хотя что тут такого? Развелось тупых папаш, на своих дочурок даже взглянуть не дают. Известная ситуация – никому не дам потрогать свою дочку, потому что я её сам буду дрюкать. Почти что Электры комплекс, только наоборот – тупая родительская ревность на грани инцеста.
А влетел я на деньги, кстати, как раз из-за своей девушки. Теперь уже бывшей. Дура! В этом смешно, конечно, признаваться, но всеми излюбленное выражение «от пизды базар не катит» не помогло мне отмазаться. Хы-хы. Как удивительно всё вышло: Маша допизделась, подставила меня, а когда я ей высказал всё, что думаю по этому поводу, послала куда подальше. Я должен, странно, что не Маша. А на следующее утро уволен, не успев прийти на работу. Ещё хочу добавить, что моя бывшая девушка и есть дочка шефа, она же и сдала нас после ссоры.
Вот я иду, такой неудачник, домой; думаю, где взять бабки; иду обычным маршрутом с работы, сжимая в кармане расчёт. Если бы я не затупил – не стал бы ругаться, то наверняка денег, которые мне недоплатили при увольнении, хватило бы, чтобы отдать мой смешной долг. Да не, не хватило бы. Но искать пришлось бы меньше, это факт.
А если бы шеф не узнал о моих делах любовных, то он бы всё разрулил и не пришлось бы вообще искать филы, чтобы отдать их Саймону-уёбку. Или?.. А что ему Маша про меня такого сказала, что он меня сразу же уволил?
Я перебирал варианты, думал, прикидывал шансы, искал лазейки, ссал и срал в штаны от страха и незаметно очутился в своём подъезде, вызвал лифт…
…Когда двери лифта раскрылись, я не сразу заметил, что там кто-то есть. Я подумал, что это не я вызвал лифт, а кто-то спускался вниз. Я стал ждать, пока этот кто-то выйдет, но он не выходил. Краем глаза я увидел, что человек не стоит в лифте, а…
…Оторвавшись от своих философских раздумий на тему «За что?», «Как быть?» и «Почему я?» – я повернул голову в сторону кабины лифта…
На полу кабины лифта лежал Саймон, привалившись спиной к стене. У меня нет медицинского образования, но это не помешало мне определить, что Саймон был мёртв. В нём было три дырки, не считая тех, что были просверлены при рождении.
