Аптекарь поморщился – женьшень из редких и дорогих ингредиентов, – но желание заполучить чудодейственное лекарство пересилило. Он порылся в ящиках аптекарского шкафа и вытащил корень женьшеня. Сяоцинь взял с прилавка пять золотых слитков, спрятал женьшень в короб и торжественно вручил аптекарю пилюлю. Тот выхватил её и поспешно спрятал за пазуху, точно опасаясь, что мальчишка может передумать. Сяоцинь усмехнулся и вышел из лавки к поджидавшему его Чэнь Ло. Тот протянул ему раскрытую ладонь.
– Что? – не понял Сяоцинь.
– Мою долю, – совершенно серьёзно потребовал Чэнь Ло.
– Какой же ты мелочный, – возмутился мальчишка, но делить добычу всё-таки пришлось.
– Всего один слиток? – воскликнул Чэнь Ло.
– Плюс пилюля, которую я на тебя потратил, – сказал Сяоцинь и спрятал остальное золото обратно за пазуху. – Идём. Нам ещё нужно кое-что сделать.
К удивлению Чэнь Ло, Сяоцинь отправился не в ближайший трактир, чтобы отпраздновать, а в ту бедную аптекарскую лавку и отдал аптекарю женьшень.
– Ты уверен? – с сомнением спросил Чэнь Ло. – Это ведь такой редкий ингредиент. Ты мог бы выручить за него немало золота.
– Не всё на свете измеряется золотом, – ответил Сяоцинь.
Если бы это звучало не из его уст, Чэнь Ло бы даже поверил.
Самочувствие Чэнь Ло улучшилось, пока они бродили по центральным улицам, знакомясь со Второй столицей – с «выставочной» частью города, призванной привлекать внимание заезжих гостей. Лавки ломились от товаров, зазывалы не давали прохода, уличные артисты устраивали представления, люди на улицах были веселы и дородны. Прокравшиеся с задворок бродяги немедленно изгонялись стражниками патруля, дабы не оскорблять взгляда почётных гостей.
На Сяоциня поглядывали косо, но рядом с ним шёл Чэнь Ло – в своём чёрном цзяньсю и с мечом в руке, – потому мальчишку принимали за слугу молодого господина. Теперь, когда его одежда была отчищена и отглажена, женщины на него заглядывались вдвое чаще прежнего. Чэнь Ло очень старался не замечать их, но иногда морщился, чувствуя, как пробирает дрожь, и прилагал чудовищные усилия, чтобы вернуть себе внутреннее спокойствие и тем самым остановить приступ. Сяоцинь тогда презрительно фыркал, а один раз протянул:
– Вся жизнь – сплошная борьба с собой…
– Я уже объяснял, почему так, – сердито возразил Чэнь Ло.
Мальчишка ещё раз со значением фыркнул и ускорил шаг – внимание его привлёк лоток с шаманскими – шарлатанскими, подумал Чэнь Ло – амулетами. Чэнь Ло не стал его нагонять, шёл как шёл, вертя головой по сторонам и отмахиваясь от назойливых зазывал, которые так и норовили всучить ему какую-нибудь безделицу или затащить куда-нибудь в лавку и всучить её же уже там. Поскольку кошель перекочевал из-за пазухи Чэнь Ло к Сяоциню ещё в аптекарской лавке, то он располагал лишь какой-то мелочью, завалившейся в рукав, и золотым слитком. Золото он, понятное дело, тратить по пустякам не собирался, а остальное после пересчёта выглядело неутешительно, но догонять мальчишку и просить у него денег он считал унизительным для себя: как бы это выглядело со стороны? Вот когда они вернутся в цзюлоу, тогда можно будет потребовать назад свою долю.
Но он поймал себя на мысли, что ему хочется что-нибудь купить Сяоциню – в качестве благодарности или извинений, он и сам точно не знал. Он разложил монеты на ладони, пересчитал и выгнул бровь. Вряд ли хватит на что-то стоящее, да он и не знает, что мальчишке нравится… Поразмыслив, Чэнь Ло решил, что всем детям нравятся сладости: он и сам, пока был маленький, их очень любил.
Чэнь Ло остановился у лотка с осамантусовым печеньем, прицениваясь. Сладости продавались как поштучно, так и в небольших бамбуковых коробках. Ему приглянулась коробка с тремя печеньями: первое формой как бутон лотоса, второе – как цветок мэйхуа, третье – как бабочка. Цветочное печенье было вкусное и сладкое, и Чэнь Ло не сомневался, что во Второй столице оно нисколько не хуже, чем в Мяньчжао.
– Эту, – сказал он торговцу. Его мелочи как раз хватило.
Сяоцинь между тем донимал шамана – самопровозглашённого «лучшего заклинателя духов Второй столицы» – расспросами о тех или иных талисманах. На лице шамана ясно читалось: «Да когда он уже от меня отстанет?!»
Чэнь Ло решил спасти шамана от мальчишки, а мальчишку от бессмысленных расходов. Он подошёл, взял Сяоциня за шиворот и сказал:
– Идём уже, оставь человека в покое.
Спасённый шаман тотчас же попытался всучить какой-то амулет уже самому Чэнь Ло. Надо полагать, исполнившись благодарности. Правда, не бесплатно, а по сходной цене.
– Он мне и даром не нужен, – однозначно сказал Чэнь Ло.
– Эй, зря вы так, молодой господин, – оскорбился шаман, – что защитит вас в дороге, если не заряженный сведущим мастером талисман?
– Вот это меня защитит в дороге, – сказал Чэнь Ло, показывая ему меч. – Хотя можем проверить, конечно, что эффективнее – твои талисманы или мой меч.
Чанцзянь действовал безотказно – как на призраков, так и на мошенников. Шаман оценил свои шансы и примолк.
