Глупо, но так уж вышло, что пялилась Инна на него, пока наводила резкость в глазах. Если смотреть снизу, лицо его было хорошей лепки, кожа светлая и гладкая, очевидно, он брился недавно. Крупный нос, тяжелая челюсть, холодные голубые глаза. И руки. Весьма цепкие, прямо как стальные клещи, и такие же холодные. Даже запах парфюма, которым был пропитан его фисташковый камзол, воспринимался каким-то холодным.
А мысли, крутившиеся в тот момент в голове, были довольно тревожные. Получается, этот мессир Карл Йорг за ней по пятам ходит? Впрочем, сейчас он оказался рядом весьма кстати. Вот только вид у него…
— Простите, — попыталась она высвободиться. — Вы не могли бы меня поставить?
Он медленно выпустил ее, но сверлить взглядом не перестал. Это уже начало напрягать. Инна поправила юбку, отвела от лица волосы и с опаской взглянула на покачивавшийся на одном крючке щит вывески. И хотела уже поблагодарить его и уйти. Но мужчина тут же перегородил ей дорогу.
И весьма надменно спросил:
— Как вы умудрились снести вывеску?
— Я? — потрясенно воззрилась на него Инна.
Возмущению не было предела.
— Разве вы не видели здесь человека, который это сделал? Он же только что скрылся между домов!
— Никого я тут не видел, донна Иннелия, — выдал он, сложив руки на груди. — Кроме вас.
Но как же? Она ведь точно видела, как кто-то убегал между домов! Инна невольно оглянулась в ту сторону.
И тут заметила на земле свой сверток с покупками. Очевидно, когда ей стало дурно, она его выронила. Хотела поднять, однако преподобный оказался значительно быстрее. Поднял сверток, глянул на нее, прищурившись, а потом…
О! Инна готова была сгореть на месте.
Он ослабил завязки, запустил туда руку и вытащил краешек содержимого. И уставился на нее с выражением какого-то непередаваемого превосходства. Губы дернулись в холодной усмешке, а глаза прошлись по ней оценивающе.
Вот это уже просто взбесило.
— Вы не могли бы передать мне мои вещи, мессир Йорг? — проговорила, глядя на него.
И не подумал. Вместо этого спросил, откидывая назад голову:
— Что вы делали в типографии, донна Иннелия?
Она думала, что невозможно взбесить ее больше? Она ошибалась!
Однако Инна сдержалась и подавила раздражение: ссориться с новым преподобным не стоило.
— Я зашла в типографию, чтобы заказать образцы листовок, мессир Йорг.
— Листовок? — он шагнул ближе.
Черт! Говорить надо осторожно. Она не сильна в местной терминологии, а этот новый мессир-инквизитор сейчас больше всего походил на гончую, взявшую след. Пожалуй, лучше всего в этой ситуации было воспользоваться старым добрым дамским методом и прикинуться дурой.
— Да. Мы с дядюшкой хотим открыть ресторацию в центре, — похлопала она ресницами и стала осторожно обходить его. — Мне показалось, если заранее расклеить приглашения, успех предприятия будет больше. Я просто не думала, что вас это может заинтересовать.
— Ошибаетесь, донна. Меня интересует все, что происходит в этом городе.
Мужчина тоже переместился, теперь он снова перегораживал ей дорогу. И ей не нравился его взгляд.
— Я учту, — изобразила Инна подобие улыбки и покосилась на сверток в его руках.
Но тот, похоже, не собирался возвращать ее вещи. А ей в конце концов надоело ждать, она обошла его и спросила:
— Может быть, вы все-таки вернете мои вещи, мессир? Впрочем, если вы хотите оставить их себе…
Она пожала плечами и хотела уже уйти. Думала, усовестится. Но тот перехватил ее за запястье и проговорил:
— Поверьте, донна Иннелия, когда я решу что-то оставить себе, я не буду спрашивать.
Держал крепко, намеренно причиняя дискомфорт. Инна сначала хотела выдернуть руку, потом вдруг поняла, что сопротивление его заводит, и замерла.
— Кто, вы сказали, ваш дядюшка? — спросил ровно, не повышая голоса, и переступил ближе.
Жесткая хватка, холодная интонация. Инна с досадой оглянулась в сторону рядов. Могла же ведь пойти туда…
Потом проговорила:
— Моего дядю зовут Кристоф. У него таверна в предместье. «Кабанья нога».
Мужчина кивнул, отпустил наконец ее запястье и вернул ей ее сверток.
Никуда она больше не пошла, ни в какие ряды и ни в какой банк! А сразу же понеслась назад в таверну. Шла быстро, даже не смотрела по сторонам. Пережитого ей хватило с лихвой, еще и осадок остался.
Придя в таверну, быстро прошла наверх, в свою комнатку под крышей. Хотелось помыться, но сейчас это не представлялось возможным. Инна залезла с ногами на кровать и стала анализировать сегодняшние события и собственное поведение.
На нее сегодня покушались, в этом Инна была уверена точно. Кто? К сожалению, она не успела разглядеть.
Новый преподобный.
Может стать проблемой. Ей следовало быть с ним осторожнее. Самый настоящий нагибатор, да еще облеченный властью. Значит, придется ловчиться и ладить с ним. Но она уже сейчас понимала, что ладить с господином Карлом Йоргом у нее получится с трудом. Поэтому пусть им занимается Кристоф.
Потом закусила губу, уставилась в окно и вздохнула.
Ну, где же ты, бородатое чудовище…
