Даже несмотря на то, что он по-мужски привлекателен, я его не люблю и не смогу принять. И эти его поглаживания никак не успокаивают, только хуже делают. Холодок проносится по позвоночнику, а во рту сохнет.
— Евочка, я не насильник, тебе не нужно так сильно бояться. Начнём с малого, — шепчет он на ухо, второй рукой подбираясь под юбку, поглаживая ноги. — Я не такой ужасный человек как ты себе напридумывала.
Сжимаю колени вместе, что есть сил, смотрю на спасительную дверь, но Минаев крепко держит в кольце рук, неожиданно начинает осыпать мои горящие щеки нежными поцелуями и останавливается на моих поджатых губах.
Я шокирована.
— Ох… — только и могу выдохнуть, стоило ему резко притянуть ближе, так что я ощутила попой что-то очень твёрдое. Член. Огромный, он словно тянется ко мне, один раз, второй.
Я же вцепилась в его рубашку и хотела возмутиться, как его рот неожиданно захватил мои губы в диком поцелуе. Сначала грубо, покусывая, слишком настырно, заставляя раскрыться против воли.
Я не могу пошевелиться, нахожусь в оцепенении, в неверии. Мой первый настоящий поцелуй…
Ругаю себя, как могу, пока его запах щекочет рецепторы, пока проворный язык касается неба и заставляет мурашки бегать по рукам.
Это так странно… Не так, как я себе представляла. Совсем не так, как целовал меня когда-то неумелый парнишка. Небо и земля. По сравнению с этим то, что было раньше, просто детские забавы.
— Еб, и как же тебя трахать, когда ты так боишься, трясёшься? Скажи мне, маленькая, что же мне с тобой делать…
Умоляет, злится, рычит и покусывает мои губы. Словно наказывая. Мучает. Грубо и с таким трепетом.
Его горячие руки неспешно блуждают по телу, стараясь не переходить границы разумного.
Он берет яростно, слишком жадно, кажется, дышит этим поцелуем и явно хочет большего.
Его тело настолько напряжено, что под моими пальцами кажется железным, настолько твёрдым, что даже не верится.
Я не ответила бы, даже если возжелала, не смогла бы, хотя, по-моему, это ему и не нужно было. Для меня это слишком дико.
Он отрывается, смотрит в глаза плотоядно несколько долгих секунд и снова набрасывается на мои губы. Его язык с новой силой врывается внутрь моего рта, а меня словно шарахнули тяжёлой битой по голове, челюсть сводит в лёгкой судороге, и я начинаю хныкать от подобного яростного напора.
Кажется, уже царапаю его открытую шею в откровенном протесте.
— Видишь, я могу быть нежным, — произносит он, задыхаясь, вновь оторвавшись от моих истерзанных губ. Я бы не сказала, что он нежен. Страстный, да, даже немного дикий, хотя и сдержанный в прикосновениях. Но никак не ласковый. Прет как танк. — Ты же понимаешь, что время на исходе? Мое терпение вот-вот лопнет. Ты, девочка, сводишь меня с ума. Я же выполнил твою просьбу и теперь требую плату. Это произойдет на днях, и хочу, чтобы ты была к этому готова, потому что я не буду жалеть.
Сейчас я понимаю, что слышу приговор. На днях. У меня есть всего пару дней, чтобы подумать. Окончательно решить, как все будет. Найти выход…
— Я могу идти… — еле слышно, смотря на свои подрагивающие от волнения руки.
— Конечно, отдохни, — чувствую, как его хватка ослабевает, и я вскакиваю как ужаленная, хочу уже сбежать, но Минаев тоже встаёт с места, кладет руку на талию и провожает к выходу. — На выходных к нам приедут мои хорошие знакомые, я хочу тебя кое о чем попросить. Ты как хозяйка дома должна проконтролировать слуг, чтобы все было идеально.
Опешила, не зная, что ответить на такую просьбу-приказ.
Смогла выбраться из его наглых рук и повернулась к нему лицом прямо перед выходом. Очень хочется рвануть с места, но понимаю, что это будет выглядеть совсем по-детски.
— Я никогда таким не занималась, — отвечаю нахмурившись.
И не хотела бы заниматься…
— Уверен, что ты справишься, — как-то тепло улыбается, поражая, оставляет на моем лбу поцелуй, пока я в недоумении ловлю ртом воздух. — А теперь лучше оставь меня, пока я снова на тебя не накинулся.
Глава 39
Последние дни пролетели в нескончаемой суматохе, все словно в тумане.
Я плохо понимала, что вообще происходит. Делала все на автомате, слуги от меня вечно что-то хотят.
Вот же Минаев молодец!
Поручил мне этот приём, ну как приём… Как я поняла, застолье для важных жирных на карман мужиков, где они будут пить и разговаривать о не менее важных делах. Кажется, будут обмывать его новое имущество. Наверное, опять отжал что-то крупное.
По сути, мне ничего не приходилось делать, все делали за меня. Мне лишь давали на выбор, что именно накрыть на стол, какую музыку включать, как украсить главный зал, моя задача утвердить один из вариантов.
Я, даже не задумываясь, отвечала первое, что приходило в голову, потому что мне нет никакого дела до этого события.
Свои бы проблемы разгрести! А у меня ещё и учеба, между прочим, причем очень не простоя.
Эти несколько дней настолько меня выжали, что ещё немного и, кажется, у меня появится нервный тик.
