— Попробуем еще раз пройти, — прошипела в ответ и схватила памятный пуфик, который чудом выжил в прошлой баталии. — Повторение — мать ученья!
— Тьяна, поставьте пуфик на место, — с укоризной попросил гость.
— И не подумаю! — воскликнула и швырнула в него мебелью.
— Тьяна, вы так темпераментны! — увернулся и в этот раз герцог. — Я предвкушаю наши с вами жаркие ночи!
— Ночи?! — озверела и кинулась в угол, за тяжелой вазой. — Будут вам ночи и дни!
Очередной снаряд полетел в сторону гостя, который легко ушел с его траектории. В этот раз герцог не пытался меня поймать, просто уворачивался от предметов, внимательно наблюдая за тем, что делаю. А я перекидала три вазы, которые разбились вдребезги от такого обращения. Еще в сторону герцога полетели пару стульев, и вот когда взялась за столик и поняла, что хватаю ношу не по плечу, осела на пол и разревелась как последняя дура:
— За что? — только и спросила у герцога.
— Тьяна, — мужчина сделал несколько шагов ко мне и тоже опустился на пол, рядом со мной. — Не плачьте. Я же не настолько ужасен, чтобы так расстраиваться.
— Вы хуже, — поведала ему сквозь всхлипы и закрыла лицо руками. — И вы все врете. Отец не мог вам пообещать мою руку. Я графу да сказала, — вспомнила о своем главном контраргументе и убрала руки, собираясь бороться за себя.
— Ох, Тьяна, — покачал головой герцог и улыбнулся, вглядываясь в мое заплаканное лицо. — И дался вам этот граф? Я лучше.
— Да? — ядовито отозвалась, приблизив лицо к лицу герцога и прищурив глаза. — Это он на меня спорил?
— Он, — уверенно ответил герцог. — Он был вторым участником спора. И позавчера я ему сообщил, что спор проигран. Мне понадобится время, чтобы собрать деньги. Но все это неважно. Важнее успеть разослать приглашения за сегодня. Ваш батюшка обещал завтра приехать вместе с вашим братом и матушкой. И не смотрите на меня такими сердитыми глазами, — закончил он шепотом. — А то я за себя не отвечаю.
— И что вы сделаете? — презрительно фыркнула, собираясь отстраниться.
Но герцог сделать этого мне не дал. Сердце ухнуло куда-то вниз, а руки предали меня, сами собой обвившись вокруг шеи паршивца. Что можно сказать? Герцог определенно умеет целоваться. Опыт не пропьешь.
— Больше не будете кидаться в меня предметами? — отстранился мужчина.
— Буду, — с трудом пришла в себя и ответила дрожащим голосом. — Обязательно буду. Вы подумали о том, что вам может грозить опасность?
— Какая? Умереть от восхищения вами? Я этой опасности не боюсь, — рассмеялся мой жених. — Потому что такая смерть совсем не страшна. Что может быть приятней, чем умереть восхищаясь?
— Какой же вы краснобай! — сердито заметила я. — А то, что мои мужья умирают, это вы помните?
— Вместе мы справимся со всем. Поверьте мне, Тьяна. Есть пока смутные сведения о том, что могло бы послужить причиной смертей. Надеюсь, за две недели, оставшиеся до свадьбы…
— Сколько, сколько осталось до свадьбы? — подобралась, пытаясь нащупать за спиной что-нибудь подходящее, чтобы швырнуть в наглеца.
— Две недели, — невинно ответил мужчина, рассматривая смеющимися глазами возмущенную меня.
— Вы подумали о том, что скажет свет? Меня же посчитают…, — тут я смутилась и замолчала.
Почему-то в присутствии герцога Абиэйгла, мне так легко не давались разговоры на подобные темы. Если с графом я завершала предложения, то сейчас за меня это сделал герцог:
— Ждущей ребенка, — непринужденно усмехнулся мужчина. — Какая вам разница до мнения этих людей? Вы и я, знаем правду. Я даже готов пообещать вам, что и пальцем вас не коснусь, если не пожелаете. Это предупреждая ваши мысли о побеге. Что-то мне подсказывает, что вы не смиритесь с ситуацией и попытаетесь что-нибудь выкинуть. Так вот, вы будете под постоянным наблюдением. Я позаботился об этом. Не хотелось бы, решив жениться, оказаться у алтаря в одиночестве.
— Что вы сделали? — нехорошо прищурилась я. — Хотите меня в золотую клетку посадить?
— Не злитесь, Тьяна. Хоть вы и невероятно хороши, когда злитесь… Но от злости морщинки появляются, — неожиданно завершил свою речь он.
— Смените набор комплиментов, Ваша Светлость, — взвилась в ответ и буквально, и фигурально — вскочив. — Он слишком потрепан.
— Для вас придумаю новые. Мне ничего не жаль для будущей жены, — откровенно потешаясь надо мной, рассмеялся герцог.
— Вы! Вы! — не нашлась с достойным ответом я. — Как бы вам не пришлось пожалеть о том, что решили жениться!
— И не подумаю жалеть. Хотя бы вам на зло, — вредно ответил он и тоже поднялся с ковра. — Снова будете чем-нибудь швыряться?
— Не дождетесь! — обиженно сказала я, с удивлением поняв, что давно забыла про слезы и огорчения.
