Вот тут Танюша соврала — дела у нее уже закончились, а идти в лагерь Неда не хотелось. Она опасалась, что там могут возникнуть разговоры, а следом и колебания. А если ее не будет, то Комитет единых действий постесняется идти на попятную: предполагалось, что именно «Озерная отшельница» — главный инициатор демонтажа, а все остальные приехали ей помогать. С другой стороны, решимости она не чувствовала, и не хотела бы, чтобы у кого-то сложилось такое мнение. Тем не менее, Танюша туда не пошла. Обойдя Озеро и поднявшись к своей палатке, она забралась внутрь, упаковалась в спальник и мгновенно уснула — так она измучилась за этот долгий день. Тревога перед завтрашним «делом» подняла ее только глубокой ночью. Да и то, быть может, то была не тревога, а хлопки фейерверков, раздававшиеся со стороны Озера. Танюша повернула голову: сквозь ткань палатки просачивалось розоватое зарево. Она раскрыла спальник, вылезла из палатки и на цыпочках подошла к тому тайному между сосен, откуда было видно Озеро. По ночам оно сливалось с чернотой леса, и лишь изредка, если выходила полная луна, вдали угадывались ее отблески на воде. Но сейчас не нужно было гадать: в обрамлении черноты перед глазами переливались розоватые всполохи — такого же цвета, что и над лесом, только более концентрированные. Потом они пропадали, а через секунду появлялись снова, но уже другие — зеленые, желтые или белые. Между хлопками иногда прорывались далекие крики и смех. Танюше даже показалось, что она узнает визгливый голос жены Кудимова и хриплый бас его самого. Она постояла, подумала и решительно зашагала вниз, к берегу.
Дойдя до болотинки, она остановилась, невольно залюбовавшись видом. Узкий проход между клешнями забора походил на ворота в сказочный мир. Вокруг была непроглядная тьма, а посреди в черной воде плескались разноцветные огни отраженного фейерверка. Они были даже красивее, чем оригинал, потому что, когда его вспышки затухали, в небе оставались неряшливые охвостья дыма, а на воде их было не видно. При каждом залпе ярко освещалась фигурная крыша особняка. В коротких промежутках, когда и наверху, и внизу огни исчезали, ненадолго воцарялась темнота, и становились видны слабые светящиеся точки — декоративные фонарики на причале. Должно быть, там было какое-то торжество — может, день рождения хозяина или хозяйки. Судя по доносившимся голосам, народу было не очень много (что хорошо, сообразила Танюша — ведь это могло бы помешать завтрашней акции!). По контрасту с шумными брызгами фейерверка, гости предпочитали неподвижное сидение в креслах вокруг стола. Должно быть, они уже изрядно выпили, и сонливая лень не давала подняться. Позам людей противоречила и громкая электронная музыка, которая между залпами спешила войти в свои права. Она тоже обманчиво обещала веселье огромной толпы, тогда как на деле имелось лишь несколько устало развалившихся тел.
