По пути на сцену меня немного потряхивает, но вулкан внутри требует начала извержения. Меня просят представиться, я называю только своё имя:
— Валерия!
И звучит оно из моих уст как-то пьяненько. Смотрю на Алекса, и хотя он довольно далеко, хорошо чувствую вибрации его раздражения. Думаю: «это ненадолго, милый!»
Ведущий шутит:
— Надеюсь, вы не разорвёте нам колонки своим пением?
Все покатываются со смеху, а я перестаю трястись. Вместо этого вполне спокойно и уверенно, хоть и медленно (алкоголь уже подплавил немного мой мозг, но я ещё очень хорошо соображаю, а главное, все комплексы разъеты) отвечаю:
— Не экономьте на аппаратуре!
— Что Вы будете петь?
— Я не знаю, выбирайте Вы, может что-нибудь весёленькое? — и я подпрыгиваю, повторяя ритм предыдущего трека. Слышу одобрительные возгласы на танцполе и приободряюсь ещё больше. — В последнее время, говорят у меня неплохо получается копировать Рианну. Ударим?
Диджей врубает музыку, я узнаю композицию, ведущий протягивает мне листок со словами, но я рукой показываю, что мне не нужно и, мол, не мешай, и тут же открываю рот, потому что уже пора.
И, чёрт побери! Что это за аппаратура такая? Мой как никогда до этого сильный голос разрезает воздух гламурной вечеринки — его чем-то как-то вытягивают мальчики у пульта, не иначе! А если нет, то в таком случае я — будущая поп-дива!
Народ, застыв, смотрит на меня, слушает. Те, что на танцполе вскоре начинают мне показывать жестами, что, мол, «класс», «не останавливайся», и я окончательно вхожу в раж: протягиваю руку и двигаю ею в такт ритма, мои бёдра вторят ей, а люди начинают, наконец, танцевать, поняв, чего я от них хочу.
Как только песня заканчивается, ведущий выпячивает на меня глаза:
— Мы прифигели тут все… Откуда ты?
И я отвечаю, изо всех сил стараясь казаться трезвее:
— Ну, я как все — вон в ту дверь вошла, — машу рукой в направлении входа.
Смех волной раскатывается по толпе.
— Значит, Рианна? Знаешь весь её репертуар наизусть?
— Ну, весь не знаю, но кое-что…
— Проверим?
— Проверим!
Диджей запускает следующий трек, и снова я его узнаю — Desperado. Пою первый куплет и припев, он включает другую песню, и эта тоже мне известна, и так несколько раз. Публика в восторге, кое-кто даже визжит и выкрикивает моё имя, и когда я слышу первые ноты Easy love, восклицаю:
— О! Это то, что надо! Ты не против, если я спою её целиком?
— Тебе сегодня можно всё, дорогуша! — подмигивает.
Мой голос звонким эхом разливается по террасе, я вижу восторженные глаза танцующих, сидящих за столиками, нахожу своего мужа.
О Боже, я пьяная или и в самом деле так красиво пою? Так сильно? Что за чёрт в меня вселился? Раньше я такое выдавала только самой себе и только в отчаянно романтичном настроении!
Внезапно мою голову посещает совершенно дурная идея: со следующим куплетом спускаюсь со сцены и направляюсь к Алексу. Медленно и со всей доступной в моём состоянии грацией прохожу сквозь танцующих, глядя себе под ноги, чтобы не споткнуться, и пою, со всей душой пропеваю строчки песни — так эмоционально, как умею, только когда мне очень нужно.
Гости расступаются — пропускают меня, я медленно продвигаюсь вперёд и, изо всех сил, почти с надрывом вытягивая последние строчки припева, наконец, оказываюсь там, куда шла — прямо перед мужчиной, которому пою. Сейчас, я знаю, будет ритмичный проигрыш ровно в двадцать секунд, и я должна успеть.
Резко раздвигаю его ноги, опускаюсь на колени лицом к лицу и целую его так долго и так откровенно, как делаю это только в постели. Он отвечает, вначале с нежностью и осторожностью, но вскоре смелеет, увлекается и… кажется, забывает, где находится, и сколько глаз наблюдают за происходящим. Моё время заканчивается, я так же резко отрываюсь от него, как и поцеловала, чтобы допеть припев. Встаю и, не оборачиваясь, шагаю обратно к сцене.
Глаза ведущего горят:
— Ты не только потрясающе поёшь, но ещё и устраиваешь шоу?
— Если я ещё выпью, я и не такое покажу! — обещаю.
Люди хохочут теперь и на террасе, и в шатрах тоже. Я слышу крики «Давай ещё, красотка, не останавливайся!». Я скидываю балетки, и все понимают, что шоу продолжается.
— Зачем ты разулась? — спрашивает ведущий.
— Когда ближе к земле — голос сильнее! — я знаю, что говорю немного с ошибками на английском, но мне наплевать. Три коктейля уже совершили революцию в моей голове и выволокли мой разум на Площадь Безумства…
— Ты сейчас поцеловала одного человека, ты знаешь, кто это? — странно щурится ведущий.
— Конечно, знаю! Я же приличная… женщина!
Интересно, уже сильно заметно, насколько «приличная»?
— В таком случае, ты должна также знать, что все девушки Сиэтла мечтают быть с ним! Аккуратнее, не дразни их! Они могут свернуть тебе шею, зайка!
— Ты много болтаешь, — замечаю ему. — Врубай музыку!
Но мистер «Бестактность» не унимается:
— Ты, наверное, и сама мечтаешь о ночи с ним? Но тебе ведь сегодня можно всё, правда, Алекс?
Алекс кивает, но мне уже не нравится это шоу:
— Мне не нужно мечтать о нём.
